Журналистское расследование

Реквизиция с подвохом

В Жезказгане выселяют жильцов 24 домов, признанных ветхими и аварийными. Взамен власти обещают денежную компенсацию. Однако люди чиновникам не верят: опасаются, что получат копейки и останутся без крыши над головой.

Где документы?

Надежда Дробот живет в сборно-щитовом доме № 30 по улице Байконурова. Зданию уже почти 70 лет. Его построили в качестве временного жилья. Но, как говорится, нет ничего более постоянного, чем временное. Люди прожили здесь десятки лет, приватизировали квартиры, а недавно их строения признали аварийными и теперь собираются сносить. Специально для этого городской акимат 5 марта объявил режим ЧС техногенного характера.

– Я считаю, что наш дом находится в удовлетворительном состоянии, – говорит обеспокоенная жительница Жезказгана Надежда Дробот. – Да, ему требуется ремонт. Не мешает обновить фасад, крышу. Но внутри все нормально: стены ровные, трещин нет, углы никуда «не ушли». Простоит еще не один десяток лет! Да мы и не просим нас переселять.

Надежда недоумевает, как их дом могли признать аварийным? Ведь никаких экспертов ни она, ни соседи не видели. Техническое заключение жильцам не показывали, хотя они этого требовали и на собраниях, и в письмах в акимат. Ответы власти предос­тавляют, но в них не указано ни сроков проведения технического обследования, ни названия ­экспертной организации.

– И нам никаких документов не показывают! – возмущена жительница дома № 28 по улице Байконурова Мария Веберникова. – Мы жаловались и в акимат, и в прокуратуру... Не видели никакого акта технического осмотра. Все на словах. Даже в суд не можем подать, потому что у нас нет ни одной бумаги. Знаете, у меня складывается впечатление, что этих бумаг вообще нет!

У Марии в сборно-щитовом доме приватизированная двухкомнатная квартира. Женщина живет вместе с дочерью и выселяться не желает. Она не считает свое жилье настолько ветхим, чтобы оно грозило обрушением.

– Я съеду только в том случае, если мне предоставят или жилье, или достойную компенсацию, за которую смогу купить равноценную квартиру, – заявляет Мария. – Да, я не пенсио­нерка. Я молодая, мне 27 лет. Тем не менее не хочу влезать в ипотеку!

Реновация стала реквизицией

Аналогичного мнения придерживается большинство жителей 24 домов, которых будут расселять в нынешнем году. Почему именно 24? Так решили в акима­те Жезказгана. Здесь приняли програм­му по переселению жителей 149 аварийных и ветхих строе­ний в течение 2020–2025 годов. В жизнь ее воплощают поэтапно.

В прошлом году, например, в Жезказгане расселили 9 аварийных шлакоблочных и сборно-щитовых двухэтажек по улицам Байконурова, Шевченко и Пушкина.

Поначалу люди даже обрадовались. Ведь они годами ходили по инстанциям и просили переселить их из отслуживших свой срок бараков. Наконец их услышали, но все оказалось не так, как мечтали жезказганцы.

Жильцы аварийных домов рассчитывали, что акимат выдаст им равноценные по площади и цене квартиры в добротных домах. Тем более что об этом заявлял аким Жезказгана, теперь уже бывший, Кайрат Бегимов.

Он говорил о программе реновации, по которой люди смогут получить денежную компенсацию или квартиры в новостройках. Теперь же со сменой акима изменились условия переселения. Программа реновации превратилась в реквизицию. А по ней людям положена только компенсация – на жилье они рассчитывать не могут.

– Люди, которых в 2020 году переселяли из девяти домов, согласились на денежную компенсацию. Им обещали, что их квартиры оценят по рыночной стоимости аналогичного неаварийного жилья, – рассказывает житель Жезказгана Максим Симошенко. – А получилось, что квартиры оценили в копейки: двухкомнатные – в 3,5 миллиона и трехкомнатные – в 4,5 миллиона тенге. Деньги гражданам ­акимат перечислил в декабре, когда взлетели цены на недвижимость. В итоге те не смогли приобрести аналогичное по площади жилье. Одни, имея «трешку», купили однокомнатную. Другие взяли ипотеку, а первоначальным взносом стала компенсация. Третьи вообще остались жить в аварийных бараках, хотя по документам квартиры в них им уже не принадлежат.

Компенсационный мизер

Сейчас в расселенных в 2020 году домах еще живут люди, которым попросту некуда деваться. Им время от времени отключают коммунальные услуги и связь, вынуждая покинуть аварийное жилье. Особенно сложное положение у пенсионерки Валентины Очкасовой. Ее двухкомнатная квартира в доме № 24 по улице Байконурова – неприватизированная, то есть относится к коммунальной собственности. А это значит, что акимат должен предос­тавить пожилой женщине аналогичное жилье из госжилфонда. Только пока свободных квад­ратных метров для бабули нет.

– В моем доме было восемь квартир, все жильцы разъехались, а я одна осталась, – сетует пенсионерка. – Вот недавно мне перекрыли отопление. А потом в квартиру начали ломиться какие-то неизвестные. Я обращаюсь в акимат, а там отвечают: «Мы ищем вам квартиру!»

Жильцы тех 24 домов, которых будут выселять нынешним летом, опасаются, и не без основания, что их постигнет такая же участь. Граждане переживают, что не получат достойной компенсации и останутся у разбитого корыта. А их немало – 259 семей с детьми и стариками.

– В прошлом году людям выдали компенсацию не по рыночной цене, а по кадастровой. Они сильно разнятся. Где гарантия, что так не получится и с нами? – рассуждает Надежда Дробот. – Лично я считаю, что идет открытый захват нашего имущества! Нарушаются законные права. Закон «О жилищных отношениях» еще никто не отменял. Акимат обязан предос­тавить нам жилье аналогичное по квадратуре, но не в аварийных домах, а в нормальных!

Есть еще одно основание, которое заставляет «переселенцев» опасаться. Дело в том что в бюджете города на компенсацию за 259 квартир заложено 1,5 млрд тенге. Получается, на каждую семью приходится в среднем по 5,7 млн тенге. За такие деньги сейчас в Жезказгане можно купить только «однушку». Цены на двухкомнатные квартиры в городе начинаются от 7 млн, а на трехкомнатные – от 8 млн тенге.

– На встречах с представителями акимата я спрашивала: «Зачем вы сразу расселяете так много домов? Возьмите два-три, дайте людям нормальную компенсацию или жилье, и все будут довольны!», – добавляет На­дежда Дробот. – А пока 259 семей рискуют остаться без жилья.

А если не хватит денег?

А вот в акимате Жезказагана опасения горожан не разделяют. Чиновники считают, что заботятся о народе. Ведь срок службы старых домов барачного типа уже давно истек. Их пора сносить и строить новые, современные. У властей уже и проекты есть. Планируется, что на месте ветхих сборно-щитовых двухэтажек вырастут кирпичные трех- и пятиэтажные дома.

– Большинство людей, которые недовольны условиями переселения, проживают на улице Байконурова. В их домах было проведено техническое обследование, – говорит, беседуя с корреспондентом «Казахстанской правды», руководитель отдела жилищной инспекции Жезказгана Алиса Сагимбаева. – Получено заключение, что они являются аварийными, капитальному ремонту не подлежат, поэтому рекомендован их снос. В соответствии с Законом «О жилищных отношениях» жителям домов, чье единственное жилище является аварийным, должно предоставляться жилье на праве аренды. Но дело в том, что сейчас у нас в городе ведется строительство домов только по программе «Нұрлы жер». А она не предусмат­ривает выдачу жилья для жителей «авариек». Поэтому мы пошли по пути реквизиции имущества. А когда идет реквизиция, выплачивается только компенсация.

Получается, государственное жилье переселенцам не предос­тавят. А денег, заложенных в бюджете на компенсацию, всем не хватит. Это в жилищной инспекции понимают.

– Компенсация будет выплачиваться по рыночной стоимости аналогичного жилья, которое не является аварийным, – подтверждает Алиса Сагимбаева. – Мы заложили на компенсацию 1,5 миллиарда тенге, исходя из предварительного прогноза оценочных компаний 2020 года. Недавно произошел резкий скачок цен на жилье. Это правда. Но сейчас я не могу сказать, что мы будем предпринимать, если бюджетных денег не хватит.

А если людей не устроит размер компенсации? На этот воп­рос начальница жилищной инспекции ответила обтекаемо: «Будем работать с каждым жителем индивидуально». Видимо, так сейчас власти работают с пенсио­неркой Валентиной Очкасовой. Ей настоятельно рекомендуют переехать в местное общежитие и побыть там месяц-другой-третий. Квартиру для бабули чиновники приобретают не спеша, через электронные госзакупки. Объявление выставляют уже во второй раз, но пока заявок от потенциальных продавцов нет.

…Между тем жезказганцы сдавать свое, пусть и ветхое жилье, без боя не собираются. Они настаи­вают: или жилье, или достойная компенсация. Иначе выезжать из ветхих домов не будут, даже если начнется их снос.

Автор:
Елена Ульянкина, Карагандинская область
10:09, 26 Марта 2021
0
3490
Подписка
Скопировать код

Популярное