Откуда взялся термин Бозок, и что говорит археология о древнем городище
Дулат Молдабаев
Йашыл, Есир, Есиль
Городище Бозок мы посетили по инициативе Общественного фонда историко-культурного наследия и развития туризма «Heritage», занимающегося системной поддержкой предпринимателей в сфере туризма и значимых для отрасли проектов, позволяющих сохранить культурное наследие нашего народа. В эти дни здесь проводят полевые работы сотрудники государственного историко-культурного музея-заповедника «Бозок» Министерства культуры и спорта РК. Раскопки ведутся в рамках реализации научной программы «Палеогеографический фактор в формировании культурогенеза Нура-Ишимского междуречья: особенности домостроения и его эволюция».
Ученые заняты археологическим исследованием памятников позднего средневековья и нового времени в верховьях реки Есиль. В день посещения мы застали там ученого секретаря музея-заповедника «Бозок» Айнагуль Ганиеву и ведущего научного сотрудника филиала Института археологии имени А. Маргулана Сергазы Сакенова с волонтерами из числа педагогов и учащихся школы-гимназии № 69, где функционирует музей имени Кемаля Акишева.
При виде раскинувшегося вокруг степного раздолья на ум приходит легендарный Асан Кайгы, говоривший о «прекрасной реке Есиль» (сказитель называл ее «Есир»), где «за шесть дней можно откормить отощавшего коня, а травы такие высокие, что овцы кажутся букашками, ползающими по шкуре медведя». Так гиперболично древний философ живописал окрестности нынешней столицы Казахстана хану Великого улуса Джанибеку. Конечно, слова, вложенные в уста мудреца Ильясом Есенберлиным в романе «Золотая Орда», художественный вымысел. И все же, верится, что «на берегах реки Есиль лошади нагуливали жир, паслись бесчисленные отары овец, в нее впадала спокойная Нура, по берегам которой тоже встречались тысячные табуны, а вокруг просторные степи, и люди там были сыты и довольны».
А в древнетюркском памятнике раннего средневековья о Культегине встречается такое название нашей реки – «Йашыл». Все эти сведения подтверждают предположения сегодняшних ученых.
– Обратите внимание, как здесь легко дышится, – делится с нами Айнагуль Ганиева. – В этих местах особенная аура!
Если же говорить о древних насельниках этих мест, то все их решения диктовались прагматизмом. Как рассказал нам Сергазы Сакенов, обращают внимание даже особенности казахского домостроения в Нура-Есильском ландшафте, где выявлено развитие строительной техники раннего и позднего средневековья.
– Мы возобновляем исследования на городище Бозок, которое пережило 4 периода отечественной истории – тюркских каганатов, кимако-кыпчакский, золотоордынский и Казахского ханства, – говорит ведущий научный сотрудник.
О ранне-тюркском времени свидетельствуют находки в погребениях – кости лошадей, такие детали уздечного набора, как псалии. По поверьям наших предков, все это нужно было человеку в ином мире. Таким образом, основа городища была заложена тюрками в VII–VIII веках.
Развитие селения и его пик пришлись на кимако-кыпчакский период в IX и XII веках, три квартала – северный, восточный и южный – очертания которых можно разглядеть и сегодня, возникли в эпоху кыпчаков. Здесь же обнаружены печи для обжига кирпичей. Местные жители, учитывая господствующие здесь ветры, строили дома земляночного типа. В пятикомнатных, трехкомнатных, двухкомнатных жилищах вдоль стен устраивали лежанки-суфы из глины, к стенам же были пристроены печи каминного типа.
Обнаруженные здесь ирригационные сооружения свидетельствуют о том, что жители города возделывали поля. Это указывает на оседлый образ жизни. За озером Бузыкты пасли скот.
Болотистая местность была хорошо защищена от вражеской конницы природными и фортификационными препятствиями. Городище же стоит на самом возвышенном на ближайшие 100 километров месте, которое не подтопляется весной. Тому свидетельством установленный здесь тригонометрический пункт советских времен, такие геодезические знаки ставились, по возможности, на холмах и сопках для обеспечения кругового обзора. Подобраться сюда можно только с южной стороны, но там наши предки вырыли ров. В тюрко-огузских письменных источниках можно найти свидетельства о существовании других «болотных» городов.
– Что касается этимологии названия Бозок, то в тюрко-огузских словарях этот термин означает «северные территории», – объясняет ученый. – Слово это сохранилось в гидрониме озера Бузыкты.
Окрестности столицы Казахстана действительно можно отнести к самому северному ареалу кочевания племен огузской группы. Встречается и другое объяснение огузского термина «бозок» – «огузы правого фланга». Если тюрки продвигались с востока на запад, их правый фланг находился севернее.
Согласно другому варианту из тюрко-огузских рукописей, Бозок – это название восточной части административной структуры древнетюркских государств.
Письменных свидетельств в отечественной науке в последние годы появляется все больше. По словам арабиста Толкын Замзаевой, в советское время мы в основном опирались на труды Владимира Тизенгаузена, автора собрания выписок о Золотой Орде из арабо-персидских рукописей.
– Тогда приходилось переводить с русского на казахский, и получался двойной перевод, очень далекий от оригинала, – сказала арабист. – Сегодня довольно много отечественных ученых, способных работать с сочинениями арабских, персидских, чагатайских авторов.
Здесь граду быть
– В будущем здесь станет функционировать музей-заповедник под открытым небом «Бозок», – говорит Сергазы Сакенов. – Будет сохранен оригинал городища для грядущих поколений, проведена реконструкция городских стен.
Идея создания национального природно-исторического парка на основе археологического памятника – древнего городища Бозок посредством его музеефикации принадлежит археологу Кемалю Акишеву, проводившему здесь исследования. Южнее центральных площадок, которые встретившие нас археологи называют «кварталами», расположен некрополь. Здесь до наших дней сохранились руины мавзолеев, обнаружены остатки печи для обжига кирпичей и мусульманские погребения XIII–XVI веков. К востоку и северу от городских развалин жилой территории угадывается агроирригационная система. Три «квартальные» площадки занимают более 12 тыс. квадратных метров и образуют единое пространство, при этом каждый квадрат со средними размерами 35 х 35 метров окружен рвом и валом. Рвы были довольно внушительные, глубина их достигала 2,5–2,8 метра.
Как мы уже отмечали, с учетом климатических условий древние жители строили дома земляночного типа. Интересно, что в каждой комнате обустраивали камин, таким образом, канал для отвода дыма проходил внутри стен. На территории городища зафиксированы две печи для обжига кирпичей, обнаруживается большое количество кирпичей с барельефным резным орнаментом, а также фрагменты керамических изделий.
Побывав на месте древнего памятника, начинаешь понимать, почему древний город построили здесь, в междуречье Нуры и Ишима. На возвышающейся над окружающей степью местности нас обдувал свежий ветерок, что наверняка избавляло людей и домашний скот от назойливости кровососущих насекомых.
Озеро Бузыкты окружает болотистая местность, и эти многочисленные болота, помимо всего прочего, имели военно-оборонительное значение. И если вся степь между Ишимом и Нурой ранней весной заливалась водой, то после спада воды она превращалась в пастбищные угодья.
Совсем недалеко существовал брод через Есиль, известный под названием Караоткель, через него шли караваны. И, наконец, эта местность находится в самом центре казахских степей. Здесь пересекались степные дороги, ведущие с востока на запад, с юга на север.
Тщательные работы на городище велись с 1999 по 2012 год, позже были лишь эпизодические исследования. Поражающие современного человека фортификационные решения степняков в свое время подвигли Кемаля Акишева к мысли, что это не просто затерявшееся в степи средневековое поселение, а настоящее городище. Однако военные и хозяйственные объекты в глазах исследователей со временем отошли на второй план. Постепенно стало понятно, что некогда ханская ставка с течением веков обретала ореол культового центра.
По словам Сергазы Сакенова, это было сакральное место. Ставка хана возникла в стратегическом в военном отношении промежутке двух значимых для Сарыаркинского региона рек Нуры и Есиля. Но в XIV веке рядом с городом появляются мусульманские мавзолеи.
– Мы можем наблюдать смену религий, – говорит археолог. – Но верования менялись постепенно и старые представления уживались с шариатскими канонами.
Находки в культурных слоях поселения, появление некрополя говорят о том, что здесь обнаруживается достаточно развитая городская культура. Внутри «кварталов» были обнаружены следы жилищ округлой формы, установленных на постаменты. Тут же остатки строения, которое можно отнести к святилищам, поскольку угадываются места, где проводились ритуальные обряды.
Работы продолжаются.
Городище Бозок мы посетили по инициативе Общественного фонда историко-культурного наследия и развития туризма «Heritage», занимающегося системной поддержкой предпринимателей в сфере туризма и значимых для отрасли проектов, позволяющих сохранить культурное наследие нашего народа. В эти дни здесь проводят полевые работы сотрудники государственного историко-культурного музея-заповедника «Бозок» Министерства культуры и спорта РК. Раскопки ведутся в рамках реализации научной программы «Палеогеографический фактор в формировании культурогенеза Нура-Ишимского междуречья: особенности домостроения и его эволюция».
Ученые заняты археологическим исследованием памятников позднего средневековья и нового времени в верховьях реки Есиль. В день посещения мы застали там ученого секретаря музея-заповедника «Бозок» Айнагуль Ганиеву и ведущего научного сотрудника филиала Института археологии имени А. Маргулана Сергазы Сакенова с волонтерами из числа педагогов и учащихся школы-гимназии № 69, где функционирует музей имени Кемаля Акишева.
При виде раскинувшегося вокруг степного раздолья на ум приходит легендарный Асан Кайгы, говоривший о «прекрасной реке Есиль» (сказитель называл ее «Есир»), где «за шесть дней можно откормить отощавшего коня, а травы такие высокие, что овцы кажутся букашками, ползающими по шкуре медведя». Так гиперболично древний философ живописал окрестности нынешней столицы Казахстана хану Великого улуса Джанибеку. Конечно, слова, вложенные в уста мудреца Ильясом Есенберлиным в романе «Золотая Орда», художественный вымысел. И все же, верится, что «на берегах реки Есиль лошади нагуливали жир, паслись бесчисленные отары овец, в нее впадала спокойная Нура, по берегам которой тоже встречались тысячные табуны, а вокруг просторные степи, и люди там были сыты и довольны».
А в древнетюркском памятнике раннего средневековья о Культегине встречается такое название нашей реки – «Йашыл». Все эти сведения подтверждают предположения сегодняшних ученых.
– Обратите внимание, как здесь легко дышится, – делится с нами Айнагуль Ганиева. – В этих местах особенная аура!
Если же говорить о древних насельниках этих мест, то все их решения диктовались прагматизмом. Как рассказал нам Сергазы Сакенов, обращают внимание даже особенности казахского домостроения в Нура-Есильском ландшафте, где выявлено развитие строительной техники раннего и позднего средневековья.
– Мы возобновляем исследования на городище Бозок, которое пережило 4 периода отечественной истории – тюркских каганатов, кимако-кыпчакский, золотоордынский и Казахского ханства, – говорит ведущий научный сотрудник.
О ранне-тюркском времени свидетельствуют находки в погребениях – кости лошадей, такие детали уздечного набора, как псалии. По поверьям наших предков, все это нужно было человеку в ином мире. Таким образом, основа городища была заложена тюрками в VII–VIII веках.
Развитие селения и его пик пришлись на кимако-кыпчакский период в IX и XII веках, три квартала – северный, восточный и южный – очертания которых можно разглядеть и сегодня, возникли в эпоху кыпчаков. Здесь же обнаружены печи для обжига кирпичей. Местные жители, учитывая господствующие здесь ветры, строили дома земляночного типа. В пятикомнатных, трехкомнатных, двухкомнатных жилищах вдоль стен устраивали лежанки-суфы из глины, к стенам же были пристроены печи каминного типа.
Обнаруженные здесь ирригационные сооружения свидетельствуют о том, что жители города возделывали поля. Это указывает на оседлый образ жизни. За озером Бузыкты пасли скот.
Болотистая местность была хорошо защищена от вражеской конницы природными и фортификационными препятствиями. Городище же стоит на самом возвышенном на ближайшие 100 километров месте, которое не подтопляется весной. Тому свидетельством установленный здесь тригонометрический пункт советских времен, такие геодезические знаки ставились, по возможности, на холмах и сопках для обеспечения кругового обзора. Подобраться сюда можно только с южной стороны, но там наши предки вырыли ров. В тюрко-огузских письменных источниках можно найти свидетельства о существовании других «болотных» городов.
– Что касается этимологии названия Бозок, то в тюрко-огузских словарях этот термин означает «северные территории», – объясняет ученый. – Слово это сохранилось в гидрониме озера Бузыкты.
Окрестности столицы Казахстана действительно можно отнести к самому северному ареалу кочевания племен огузской группы. Встречается и другое объяснение огузского термина «бозок» – «огузы правого фланга». Если тюрки продвигались с востока на запад, их правый фланг находился севернее.
Согласно другому варианту из тюрко-огузских рукописей, Бозок – это название восточной части административной структуры древнетюркских государств.
Письменных свидетельств в отечественной науке в последние годы появляется все больше. По словам арабиста Толкын Замзаевой, в советское время мы в основном опирались на труды Владимира Тизенгаузена, автора собрания выписок о Золотой Орде из арабо-персидских рукописей.
– Тогда приходилось переводить с русского на казахский, и получался двойной перевод, очень далекий от оригинала, – сказала арабист. – Сегодня довольно много отечественных ученых, способных работать с сочинениями арабских, персидских, чагатайских авторов.
Здесь граду быть
– В будущем здесь станет функционировать музей-заповедник под открытым небом «Бозок», – говорит Сергазы Сакенов. – Будет сохранен оригинал городища для грядущих поколений, проведена реконструкция городских стен.
Идея создания национального природно-исторического парка на основе археологического памятника – древнего городища Бозок посредством его музеефикации принадлежит археологу Кемалю Акишеву, проводившему здесь исследования. Южнее центральных площадок, которые встретившие нас археологи называют «кварталами», расположен некрополь. Здесь до наших дней сохранились руины мавзолеев, обнаружены остатки печи для обжига кирпичей и мусульманские погребения XIII–XVI веков. К востоку и северу от городских развалин жилой территории угадывается агроирригационная система. Три «квартальные» площадки занимают более 12 тыс. квадратных метров и образуют единое пространство, при этом каждый квадрат со средними размерами 35 х 35 метров окружен рвом и валом. Рвы были довольно внушительные, глубина их достигала 2,5–2,8 метра.
Как мы уже отмечали, с учетом климатических условий древние жители строили дома земляночного типа. Интересно, что в каждой комнате обустраивали камин, таким образом, канал для отвода дыма проходил внутри стен. На территории городища зафиксированы две печи для обжига кирпичей, обнаруживается большое количество кирпичей с барельефным резным орнаментом, а также фрагменты керамических изделий.
Побывав на месте древнего памятника, начинаешь понимать, почему древний город построили здесь, в междуречье Нуры и Ишима. На возвышающейся над окружающей степью местности нас обдувал свежий ветерок, что наверняка избавляло людей и домашний скот от назойливости кровососущих насекомых.
Озеро Бузыкты окружает болотистая местность, и эти многочисленные болота, помимо всего прочего, имели военно-оборонительное значение. И если вся степь между Ишимом и Нурой ранней весной заливалась водой, то после спада воды она превращалась в пастбищные угодья.
Совсем недалеко существовал брод через Есиль, известный под названием Караоткель, через него шли караваны. И, наконец, эта местность находится в самом центре казахских степей. Здесь пересекались степные дороги, ведущие с востока на запад, с юга на север.
Тщательные работы на городище велись с 1999 по 2012 год, позже были лишь эпизодические исследования. Поражающие современного человека фортификационные решения степняков в свое время подвигли Кемаля Акишева к мысли, что это не просто затерявшееся в степи средневековое поселение, а настоящее городище. Однако военные и хозяйственные объекты в глазах исследователей со временем отошли на второй план. Постепенно стало понятно, что некогда ханская ставка с течением веков обретала ореол культового центра.
По словам Сергазы Сакенова, это было сакральное место. Ставка хана возникла в стратегическом в военном отношении промежутке двух значимых для Сарыаркинского региона рек Нуры и Есиля. Но в XIV веке рядом с городом появляются мусульманские мавзолеи.
– Мы можем наблюдать смену религий, – говорит археолог. – Но верования менялись постепенно и старые представления уживались с шариатскими канонами.
Находки в культурных слоях поселения, появление некрополя говорят о том, что здесь обнаруживается достаточно развитая городская культура. Внутри «кварталов» были обнаружены следы жилищ округлой формы, установленных на постаменты. Тут же остатки строения, которое можно отнести к святилищам, поскольку угадываются места, где проводились ритуальные обряды.
Работы продолжаются.
