​От карательных мер – к стимулированию

Выдвигая приоритетные задачи на ближайшие годы, Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев подчеркнул, что ноу-хау меняют мир, и глобальные изменения, происходящие на волне технологического прогресса, нужно воспринимать как исторический шанс для ускоренного вхождения в число самых развитых государств.

Новые задачи, стоящие перед экономикой в соответствии с целями долгосрочной Стратегии «Казахстан-2050» и «зеленой» концепции, предусматривают трансформацию практики природопользования, управления ресурсами с внедрением стимулирующих механизмов для увеличения инвестиций бизнеса в сферу природоохранных мероприя­тий. В свою очередь это требует актуализации законодательства в области охраны окружающей среды, и в первую очередь Экологического кодекса.

В настоящее время эта работа уже ведется Министерством энергетики при тесном сотрудничестве с экспертами ОЭСР, Ассоциации экологических организаций, Ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий и представителями базовых отраслей экономики. Концепция нового Экологическо­го кодекса будет разработана летом текущего года, а в следующем году законопроект внесут на рассмот­рение Парламента.

Как отмечают эксперты, сегодня в стране идет поэтапный процесс совершенствования законодательства в области фискальной политики и недропользования. Наряду с новым налоговым законодательством и Кодексом о нед­рах Экологический кодекс – это третий фундаментально важный документ, который на нынешнем этапе развития должен обеспечить правовые предпосылки решения многих проблем, связанных с экологией.

Сегодня в мире с проблемами загрязнения окружающей среды сталкиваются во всех частях света – человек оставил неизгладимый след своим вторжением в естественный порядок вещей в природе. Между тем в последние пару десятков лет в развитых странах всерьез взялись за экологию, у нас же эти процессы пока не вылились за рамки локальных мер и не стали нормой жизни в силу несовершенства законодательной базы. Все это пагубно отражается не только на экологической обстановке, но и на положении самих предприятий, которые оказались под «перекрестным огнем» экологических санкций и общественной критики.

Как отмечает исполнительный директор Ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий РК Николай Радостовец, несмотря на то что источников загрязнений множество, тем не менее, когда речь заходит об экологии, то все камни, как правило, летят в сторону производственников. Но абсурдность этой ситуации состоит в том, что предприятия не сидят сложа руки, а постоянно направляют средства на природоохранные меры, модернизацию мощностей в соответствии с экологическими требованиями.

В Концепции по переходу Казахстана к «зеленой» экономике заложены целевые индикаторы, направленные на то, чтобы довес­ти долю переработки отходов до 40% к 2030 году и до 50% – к 2050-му. К 2030-му предстоит наладить 100-процентное обеспечение населения вывозом ТБО. При этом порядка 95% полигонов для складирования ТБО и промышленных отходов должны соответствовать современным экологическим и санитарным требованиям.

Доля утилизации твердых бытовых отходов по республике незначительна – 9% от общего объема. Но уже в текущем году планируется довести этот показатель до 11%, а переработку промышленных отходов – до 32%.

По мнению экспертов, принятие современного природоохранного законодательства стало важным условием достижения целевых индикаторов по улучшению окружающей среды. Но есть и другая, более существенная сторона этого процесса, что подвигает правительства многих стран, в том числе Казахстана, поторопиться с экологизацией экономики. По данным Всемирного банка, в обоз­римом будущем порядка 80% разведанных месторождений углеводородных источников в мире не будут осваиваться, поскольку мир целенаправленно движется в сторону альтернативной энергии. При этом с 2020 года все страны мира, особенно поставщики ресурсов, будут представлять отчеты по углеродной эмиссии международным организациям, цель которых – определить «углеродный след» экономик на глобальном уровне.

По словам заместителя председателя Ассоциации экологических организаций РК Айгуль Соловьевой, эта мера является большим сигналом для наших промышленных предприятий, от успешной деятельности которых зависит стабильность экономики в целом. Если они не будут заниматься экологией, то, судя по всему, экология займется ими.

Дело в том, что ориентировочно с 2023 года любая продукция, поставляемая на мировой рынок, будет мониториться международными экспертами на экологичность. И если выяснится, что те или иные товары Казахстана произведены с высокой экологической нагрузкой на окружаю­щую среду, на них смогут наложить табу.

Ключевая преамбула развития

В развитых странах давно уяс­нили, что любой процесс, в том числе в области охраны окружающей среды, гораздо легче направить в нужное русло стимулирующими методами, нежели набором карательных инструмен­тов. Ведь всякий нажим на «болевую точку», особенно если этой точкой выступает бюджет предприятия, не вызывает никаких положительных реакций. Но, как ни парадоксально, в казах­станской практике до сих пор нет законодательных механизмов, регламентирующих использование средств от платежей за эмиссии на природоохранные мероприятия. Отсюда и проблема невозможности большинства промышленных предприятий к быстрой перестройке в соответствии с новыми экологическими требованиями.

По словам представителей промышленного сектора, на сегодня средства за эмиссии, которые ежегодно выплачивают недропользователи, поступают в бюджет регионов и расходуются по общему принципу, причем на что угодно. Доля целевого использования их на охрану окружающей среды незначительна. По сути, платеж за эмиссии остается источником пополнения местных бюджетов, но не служит экологическим целям и задачам государства.

В настоящее время норма временного хранения отходов, не ставших размещением, распространяется только на отходы, которые хранятся в течение 6 месяцев до их передачи третьим лицам. При невыполнении указанных условий складирование попадает под разрешительный платный порядок. То есть здесь не учитывается потребность предприятия во временном хранении тех отходов, которые в дальнейшем планируется переработать, утилизировать или удалить, отмечают эксперты.

Речь идет и о том, что, устанавливая столь короткие сроки, которых явно недостаточно для переработки и утилизации, государство лишает предприятия главного – стимула к самостоятельной переработке отходов. Ведь зачем, спрашивается, ставить дополнительные линии по переработке или очистке, если через каждые полгода коса экологических санкций все равно пожинает свои плоды, лишая предприятие всяких стимулов к дальнейшим действиям в сфере природоохранных мер.

В вопросах обеспечения экологической безопасности Казахстан отстает от многих стран. Например, в России в целях стимулирования природоохранной деятельности с 2002 года в Федеральном законе охраны окружающей среды предусмот­рена корректировка (снижение) платы за эмиссию с учетом объемов освоения средств, направленных предприятием на выполнение природоохранных мероприятий. Такая корректировка может быть произведена в диапазоне вплоть до 100-процентного размера платы.

На подобные стимулирующие меры страны идут потому, что природоохранные мероприятия, связанные с закупом и установкой технологического оборудования, дорогостоящие. В связи с этим предприятия зачастую не имеют возможности одномоментно выполнять природоохранные мероприятия и осуществлять экологические платежи. Затраты, направляемые на масштабные экологические меры, прямиком включаются в себестоимость производимой продукции, ослаб­ляя ее конкурентоспособность на рынке.

В рамках разработки Экологического кодекса компании горно-металлургического комплекса разработали конкретные предложения по снижению негативного влияния на окружающую среду. Так, например, ТОО «Казцинк» на Усть-Каменогорском комплексе в ближайшие годы планирует установить новейшие очистные сооружения стои­мостью порядка 5 млн долларов, которые будут доочищать воду до установленных норм предельно допустимой концентрации вредных веществ.

Производители алюминия в ближайшие годы планируют провести работу по реконструкции электрофильтров. В частности, в 2018 году на эти цели запланировано около 3,7 млн долларов. И таких примеров по секторам экономики немало.

По мнению представителей ГМК, в новом Экологическом кодексе необходимо предусмотреть механизм целевого использования экологических платежей на природоохранные мероприятия самими предприятиями. При этом предлагается предусмотреть поэтапный подход с вовлечением экоплатежей в реализацию масштабных природоохранных мероприятий промышленных производств, начиная с 2019 года – на 25%, с 2020-го – на 50%, с 2021-го – на 75%, с 2022 года – на 100% от размера выплат за эмиссии.

Внедрение этого механизма поз­волит сократить концентрацию вредных веществ в атмосфере, ускорить процесс экологичес­кой рекультивации нарушенных территорий. В целом же это даст возможность обеспечить достижение целевых показателей Концепции по переходу Казахстана к «зеленой» экономике, согласно которой до конца 2021 года предстоит снизить объемы промышленных выбросов и сбросов до 4,7 млн тонн, а также существенно увеличить долю переработки и утилизации промышленных отходов.