​Не точечные нормы, а комплексный подход

– Законопроект направлен на стимулирование предпринимательской инициативы, повышение инвестиционной привлекательности республики. Его можно считать результатом своевременного правового отклика на быстро меняющиеся взаимоотношения между бизнесом и государством, бизнесом и потребителем, государством и населением. На степень и быс­троту таких изменений влияет много факторов: внедрение цифровых технологий, новые тренды торговли, упрощение государственного администрирования.

Понятно, что государство не в состоянии регламентировать все аспекты таких отношений, однако «правила игры» должны быть установлены.

Законопроект регламентирует ряд системных вопросов, касающихся электронной и биржевой торговли, а также внутренней торговли в агропромышленном комплексе. Он содержит нормы, позволяющие улучшить условия для малого и среднего предпринимательства. Оценку этой работы, я надеюсь, мы увидим в следующем году – в рамках международного рейтинга Doing Business.

Большой блок поправок направлен на защиту прав потребителей в электронной торговле, а также сокращение доли теневой экономики, они касаются развития безналичных платежей, введения систем маркировки и отслеживания товаров, переноса повсеместного внедрения конт­рольно-кассовых машин (ККМ), работающих в режиме online, с 2024-го на 2020 год.

Ну и, конечно, имеются поправки, направленные на снижение издержек для бизнеса. Это и стимулирование торговой деятельности, и снижение налоговой нагрузки, а также сокращение административного давления на предпринимателей.

– Получается, это большой и сложный законопроект…

– Действительно, законопроект получился объемным. Впрочем, как и все предыдущие по кардинальному улучшению условий бизнеса.

Любое системное нововведение требует комплексного подхода, поэтому обойтись точечными нормами не получится. В его разработке были задействованы абсолютно все госорганы, Нацбанк, Генеральная прокуратура, Агентство по государственной службе и противодействию коррупции, НПП «Атамекен». Большой вклад внесли депутаты Мажилиса: рабочая группа под руководством Аскара Базарбаева и Нуртая Сабильянова внесла более ста поправок.

– Состояние бизнес-климата в стране оценивается международным рейтингом Doing Business. Какие нормы, предложенные Вашим ведомством, уже дали в этом отношении положительный эффект?

– Doing Business посвящен анализу деятельности малых и средних предприятий на протяжении всего их жизненного цикла – от создания до ликвидации, а также оценке правовых актов, регулирующих этот процесс. Чем выше рейтинг, тем легче вести бизнес в той или иной стране. При этом оценка дается именно по условиям нормативного регулирования.

По результатам 2018 года Казахстан занял 28-е место, оставив позади такие страны, как Испания, Франция, Швейцария, Япония, Турция. В ЕАЭС респуб­лика занимает лидирующую позицию.

Жизненный цикл предпринимательства оценивается по ряду индикаторов. Например, по индикатору «Открытие бизнеса» мы сократили сроки регистрации до одного дня, исключили ряд ненужных документов. Эти сис­темные меры позволили увеличить рост зарегистрированных субъектов МСБ на 5%, сегодня их почти 1,6 миллиона. Соответственно, выросло и количество занятых в МСБ, это примерно 3,5 миллиона человек, или треть активного населения. Но, самое главное, увеличился объем выпускаемой продукции: доля МСБ в ВВП выросла до 27%.

– В начале прошлого года для субъектов МСБ, осуществляющих электронную торговлю, уже были снижены налоговые ставки на 100% (КПН и ИПН). Что еще предлагается в законопроекте?

– Данное поручение Главы государства стало серьезным стимулом для бизнеса, но для стабильного развития электронной торговли одних только налоговых преференций недостаточно. Необходимо комплекс­ное развитие инфраструктуры, понятный и прозрачный институт защиты прав потребителей, доступность информационных технологий.

Рынок электронной торговли подвержен влиянию мировых трендов, а это упрощение налогового и таможенного администрирования, развитие безналичных платежей, усиление транспортно-логистических связей, эффективная защита потребителей, беспрепятственное внедрение информационных технологий и программных продуктов.

Правильное нормативное закрепление данной инфраструктуры позволит достичь сразу нескольких преимуществ. Для государства это вывод торговли из тени, повышение инвестиционной привлекательности, увеличение налогов, для потребителя – экономия времени и денег, возможность выбрать товар, не выходя из дома, а для субъектов бизнеса – начать бизнес с минимальным стартовым капиталом, вести его в режиме 24⁄7 из любой точки мира.

Именно на решение этих задач направлен законопроект. Например, поправки позволяют использовать почтовые докумен­ты в качестве декларации. Вводятся правовые основания функционирования логистических хабов и сортировочных предприятий, так называемых фулфилмент-центров.

По сути, закреплен новый вид предпринимательской деятельности, позволяющий существенно сократить сроки доставки, снизить транспортные издерж­ки, выстроить аутсорсинг логис­тических процессов с частными курьерскими службами, интернет-магазинами и электронными торговыми площадками.

– Учтены ли нормы по защите прав покупателей при осуществлении электронной торговли?

– Любое послабление для бизнеса должно сопровождаться соразмерной защитой потребителя. За соблюдением такого рода баланса мы внимательно следим. Заказанный через Интернет товар невозможно физически оценить, нет и прямого взаимодействия с продавцом. Поэтому, как правило, возникают сложности по возврату или обмену покупки.

Мы попытались устранить такие пробелы. В частности, в законопроекте закреплен принцип защиты интересов потребителей в электронной коммерции не ниже уровня защиты, предусмот­ренной законом о торговой деятельности. Речь идет об общих требованиях к продавцу вне зависимости от способа торговли.

Предусмотрено, что на товары, приобретенные в рамках электронной коммерции, распространяются все требования по возможности их возврата в течение 14 дней. Также внесены поправки в законы «О защите прав потребителей» и «О рекламе», направленные на обязательное информирование покупателя о сроках и стоимости доставки товара до заключения договора или оплаты.

В обязательном порядке должны быть доступны адреса продавца и его контактные телефоны, а используемое программное обеспечение защищено от незаконных проникновений. Несоблюдение данных требований влечет для субъектов бизнеса в электронной торговле ту же ответственность, что и в обычной.

Сегодня электронная коммерция только начинает развиваться и имеет гибкие и мягкие контуры. Еще не сложились традиционно устоявшиеся отношения и правила игры, в связи с чем их своевременная нормативная регламентация позволит субъектам бизнеса быстро адаптироваться и не допускать фактов ущемления прав и интересов потребителей.

– Как законопроект снижает административное давление на бизнес?

– Поправок немного, но они есть и направлены на снижение штрафных санкций либо исключение административных составов. Например, мы исключили дублирование процедур для брокеров и дилеров по допуску к предпринимательской деятельности. Сегодня для того, чтобы стать полноценным участником товарной биржи, брокеру и дилеру необходимо иметь лицензию и одновременно быть членом товарной биржи. При этом лицензирование для данной категории бизнеса является номинальным, так как предъявляемые минимальные требования по стажу и образованию не требуют документального подтверждения, а также не подпадают под государственный контроль со стороны Миннац­экономики.

В то же время требования со стороны товарных бирж, напротив, очень эффективны. Биржи, заинтересованные в чистоте сделок, наделены компетенцией по установлению квалификационных требований для брокеров и дилеров, а также осуществляют контроль их деятельности.

Выдано около 600 лицензий, однако реальными участниками товарных бирж выступают только 200 субъектов. Где остальные, никто не знает, добровольно возвращать лицензии предприниматели не спешат. В связи с этим предлагается сохранить и усилить существующее взаимодействие между товарными биржами с одной стороны и брокерами и дилерами – с другой.

Чтобы исключить злоупотреб­ления бирж по аккредитации брокеров и дилеров, видится целесообразным усиление гос­контроля непосредственно за товарными биржами.

– Решается ли законопроектом проблема необоснованного, а значит, спекулятивного повышения цен на продукты?

– Для сдерживания роста цен на социально значимые продовольственные товары в действующем законодательстве закреплен ряд мер мягкого и жесткого регулирования. Мы же пересмотрели текущую дея­тельность стабилизационных фондов, выявили причины их неэффективности и разработали нормы, позволяющие более гибко подойти к воп­росам стабилизации цен.

Предложен альтернативный механизм сдерживания цен, используемый акиматами на свое усмотрение. Это может быть классическое использование резервов деятельности стабфондов, при этом в рамках законопроекта мы сократили ряд требований и тем самым предоставили большую гибкость для деятельности фондов по самостоятельному определению времени и количеству закупаемого товара, а также его последующей продажи.

Также введена возможность финансирования акиматами торговых сетей с установлением для них встречных обязательств по реализации социально значимых товаров по низким ценам. Мы имеем положительный «пилот» в Астане, где на основании взаимных обязательств между акиматом и торговыми сетями «Астыкжан» и «КенМарт» социальные продтовары в этих сетях в 2018 году продавались прак­тически по себестоимости, при этом их количественный оборот увеличился в 3 раза. Опыт предложено масштабировать.

В целях улучшения доступа отечественных производителей к торговым сетям предусмотрен запрет на установление ретро-бонусов при продаже социально значимых товаров, а также лимит по установлению размера ретро-бонусов для остальных продтоваров – не более 5%.

Проект закона решает проблемы и выездной торговли. В частности, акиматы сегодня предоставляют только стационарные точки, что не позволяет развиваться данному виду бизнеса. Предлагается наделить власти компетенцией по утверждению маршрутов для осуществления торговли субъектами малого бизнеса.