Главная страница

Иммунный ответ

Вакцинация от новой коронавирусной инфекции не сходит с повестки дня, учитывая осложнившуюся эпидемиологическую ситуацию. Наш корреспондент встретилась с врачом-иммунологом, заместителем главного врача реабилитационного центра «Мать и дитя» Алевтиной Кужелевой, чтобы задать ей самые актуальные на сегодня вопросы.

– Алевтина Алек­сандровна, сейчас люди первым делом задают друг другу при встрече вопрос: вакцинировался ли? Я хочу точно так же адресовать его Вам. Прививку против коронавируса получили?

– Да. Когда только началась кампания по вакцинации (1 февраля текущего года), я решила для себя, что сделаю прививку. Таким образом, сразу защитила своих родных, которые проживают со мной в одном доме. Еще один ар­гумент – я постоянно нахожусь в разных коллективах, перехожу из одного учреждения в другое и не имею права представлять инфекционную угрозу для тех, кто находится рядом.

– Каким препаратом укололись? Реакция организма оказалась ожидаемой или были определенные последствия?

– На тот момент в Казахстане была только одна вакцина – Gam-COVID-Vak, известная под торговой маркой «Спутник V». Для меня тоже было интерес­но, как отреагирует на нее мой организм, так как являюсь пищевым аллергиком, и мне приходится исключать определенные продукты из рациона питания. Как ни странно, аллергии не наблюдалось. Была ожидаемая реакция: после вакцинации незначительно повысилась температура. Выпила ибуфен, так как на следующий день мне надо было идти на работу. Немного ощущалась ломота в теле, слабость. Все эти симптомы в течение трех дней прошли. Примерно такая же реакция была и на введение второго компонента.

Это все в пределах нормы. Считается, что организм среа­гировал на введение препарата, а значит, вырабатывает антитела.

– Расскажите, пожалуйста, в чем, собственно, сила вакцины? Для чего мы делаем прививку? С чего начинается и как проявляется иммунный ответ организма?

– Суть всей вакцинации сводится к тому, чтобы приучить организм быстрее реагировать на тот антиген, в данном случае на вирус, который внед­ряется в организм. У организма должна быстрее выработаться защитная реакция, то есть он обязан выбить вирус из организма, не дать ему масштабно размножиться либо повлиять негативно на организм и привести к более тяжелым последствиям, осложнениям и даже к возможному летальному исходу. Для этого нужна вакцина.

Что она делает? Благодаря ее введению организм вырабатывает некие клетки памяти. Он реагирует именно таким образом на внедрение определенного вируса, а не какого-то другого. И таким образом вы защищаете свой организм.

Почему вводят два компонента при этой вакцинации? Во-первых, это делается для формирования первичного комплекса. Мы никогда раньше не сталкивались с коронавирусной инфекцией. Организм тем самым настраивается и какая-то часть иммунного ответа среагирует. А уже через 21 день повторный укол усиливает иммунный ответ и удлиняет продолжительность его действия.

Сейчас решается вопрос, будет ли в дальнейшем пов­торная ревакцинация, как это мы делаем против гриппа, который у нас ушел в разряд обычных респираторных вирусных инфекций благодаря тому, что была ежегодная вакцинация против гриппа у определенной прослойки населения. К этому же мы стремимся и в случае с коронавирусом, стараясь как можно быстрее перевести его в разряд привычных инфекций. Для этого и нужна массовая иммунизация населения.

– Недавно управление здравоохранения города выступило с заявлением о том, что среди умерших от COVID-19 в Шымкенте нет ни одного привитого горожанина. Для Вас, как иммунолога, подобный расклад предсказуем? Является ли данный факт подтверждением того, что прививка не вредит, а польза от нее очевидна?

– Безусловно, вакцинация не дает стопроцентной гарантии того, что человек не заболеет коронавирусом. Однако болезнь при этом будет протекать более легко, не будет осложнений, и, конечно, мы рассчитываем, что не будет летальных исходов. Мировая практика показывает, это подтверждают все исследовательские группы, которые работали и в Великобритании, и в США, и в России, что именно от вакцинации смертности не было.

Учитывая, что каждый организм индивидуален, имеет свои сопутствующие заболевания, состояния, есть неожиданные факторы влияния, которые могут привести к смертельному исходу. Это не исключено. И напрямую с вакциной это, естественно, не связано.

– Вы работаете в центре «Мать и дитя», специализируетесь в том числе и на вопросах иммунологии детей и подростков. Есть разница в проведении базовой вакцинации ребенка по национальному календарю и вакцинации взрослого населения от респираторных вирусных инфекций, то есть от гриппа и вот сейчас от COVID-19?

– Принцип подхода к отбору тех, кому нужно вакцинироваться, а кому нет, и у детей, и у взрослых одинаков. То есть никто не будет делать ребенку и взрослому прививку, если он находится в остром перио­де любого заболевания. Будут ждать ремиссии, если это хроническое заболевание, или выздоровления при остром сос­тоянии. Соответственно, показания и противопоказания для всех одинаковы.

Если говорить непосред­ственно о коронавирусной инфекции, то на данный момент пока у нас в инструкции и в законодательные акты внесено положение о том, что вакцинация делается с 18 лет. Это связано с тем, что исследовательская база была разработана только на людей старше 18 лет. Что касается подростков, то на данный ­момент вопрос прорабатывается. И только разработчики одной вакцины – Pfizer-BioNTech – заявили, что дети с 12 лет могут вакцинироваться их продуктом, потому что проведены исследования и у них есть сертификат безопасности. Мы пока ждем, все очень быст­ро меняется и исследования не прекращаются. Группы населения, подлежащие вакцинации, постоянно расширяются. Противопоказаний к вакцинации против коронавирусной инфекции становится все меньше и меньше. Остались только те состояния, которые связаны с ослаблением иммунной сис­темы. Это касается тех, кто, к примеру, принимает химиотерапию в процессе лечения онкологического заболевания и иммуносупрессанты – препараты, подавляющие иммунную систему после пересадки органов и тканей и некоторые другие. На фоне таких препаратов иммунный ответ не сформируется, и вакцинация окажется бесполезной.

– Некоторые страны уже приняли решение о вакцинации детей начиная с 12 лет. Как Вы оцениваете подобное решение? Есть ли, на Ваш взгляд, необходимость ставить прививки подросткам?

– По эпидемиологическим показаниям у нас ситуация складывается следующим образом: скорее всего, будет расширяться перечень лиц, подлежащих вакцинации. Это необходимо для того, чтобы прекратить циркуляцию вируса, смягчить его воздействие на социум. И в итоге перевести его в разряд респираторных вирусных инфекций. Для этого необходимо сформировать коллективный иммунитет как у взрослых, так и у подростков.

– Требуется ли при этом согласие родителей, которые, как показывает практика, могут быть решительно настроены против вакцинации?

– По законодательству нашей страны дети до 18 лет должны иметь опекуна – это родители или ближайшие родственники. Согласие родителей на получение прививки обязательно. Ставится она добровольно, близкие ребенка должны взвесить все «за» и «против» и принять решение ставить вакцину или нет. Желательно, чтобы они сознательно подошли к этому воп­росу, как и любой другой гражданин, который хочет, чтобы мы вернулись к нормальному образу жизни, могли свободно посещать общест­венные места, развлекательные площадки, практиковать туристические поездки. Для этого нам надо обезопасить окружающих. Как быстро это произойдет, зависит от решения каждого относительно того, ставить вакцину или нет.

– У нас много родителей, которые принципиально против вакцинации?

– Пока такого мониторинга не проводили, но исходя из опыта своей работы, могу сказать, что есть достаточно тех, кто хотел бы вакцинировать своих детей, как и тех, кто против. Плановая же вакцинация у нас идет на уровне. Мы делаем прививки 95% населения, подлежащего вакцинации. Есть, конечно, те, кто негативно к этому относится, как и в любом обществе.

– Алевтина Алек­сандровна, Вы сторонник или противник введения обязательной вакцинации?

– Я сторонник плановой вакцинации. Проводить ее необходимо по определенным показаниям, чтобы люди сами понимали, что они делают и для чего. Время показало, что инфекция не терпит, когда про нее забывают. Все-таки профилактика любого инфекцион­ного заболевания гораздо эффективнее, чем его лечение. Это и экономически выгоднее, и для человека намного безо­паснее. Кому хочется болеть, получать осложнения и, не дай бог, умереть?..

Сейчас мы не свободны в общении и передвижении, что создает определенный дискомфорт, поэтому я за то, чтобы это была плановая работа. Когда человек делает вакцинацию, он тем самым заставляет организм вырабатывать необходимые ему антитела и защиту.

– Принуждение, как правило, вызывает, противоположную реакцию…

– Негатив этот понятен, но здесь вопрос связан с безопас­ностью. Если человек живет один, находится в ограниченном пространстве и ни с кем не общается, то он в состоянии отвечать за свое здоровье. Но если он выходит в социум, общается в коллективе, то уже непосредственно его безопас­ность напрямую связана с безопасностью окружающих. Он должен думать не только о себе, но и об окружающих. Можно самому не болеть, но при этом стать переносчиком инфекции, что приведет к тяжелому заболеванию того, кто рядом. Тут надо думать масштабно, а не только о себе.

– Чем отличается иммунитет после болезни, естественный, от искусственного иммунитета, достигаемого в ходе вакцинации? Сказывается ли вакцинация на течение болезни?

– Вакцинация, повторюсь, нужна для того, чтобы течение болезни проходило мягче, легче, не было осложнений, формировался иммунитет и сократилась смертность. Все-таки не очень приятно приоб­ретать иммунитет после заболевания. Это очень тяжело и дискомфортно, нагрузка на организм непомерная. К тому же мы выпадаем из обычного образа жизни, прекращаем на время работу, не можем общаться с друзьями, да и такая встряска нежелательна для всех органов и систем организма, потому что неизвестно, как и на что это все повлияет.

И потом, после коронавирусной инфекции наступает очень долгий восстановительный процесс. Очень мало тех, кто способен быстро восстановиться. Чаще всего требуется многомесячная реабилитация, длительное восстановление сердечно-сосудистой и дыхательной систем, особенно если фиксируется глубокое поражение легочной ткани. Поэтому такой иммунитет, скажем так, не очень приятно получать. И он не настолько длительный, как например, после кори.

Через шесть месяцев после перенесенного COVID-19 количество антител уменьшается, и человек снова возвращается в группу риска по заболеванию коронавирусной инфекцией. Поэтому перенести все это, болеть неделями, потом пережить месяцы реабилитации и получить в итоге краткосрочный иммунитет вряд ли логично и целесообразно.

Получается, слишком высокая цена за получение естественного иммунитета. Думаю, это решать каждому индивидуально, выбор каждый должен делать для себя сам. И он очевиден, на мой взгляд. После вакцинации иммунитет держится намного дольше, да и риски минимальны.

– Через какое время после перенесенной болезни следует идти ставить прививку? У всех ли людей, переболевших коронавирусной инфекцией, появляются антитела?

– Все зависит от того, как протекала болезнь, в какой форме. Бывает легкое, среднее и тяжелое течение заболевания, включая бессимптомное, после которого есть риски, что антитела не сформируются. В таком случае человек становится уязвимым. Он снова может точно так же подхватить болезнь, если не будет придерживаться мер безопасности. Прививку можно ставить уже спустя три месяца после перенесенного ковида.

– Какие аргументы Вы хотели бы привес­ти антиваксерам, чтобы убедить их в необходимости сделать прививку против коронавирусной инфекции?

– Люди всегда предпочитают ориентироваться на опыт других стран и других людей. Мировая практика показывает, что те страны, которые раньше начали вакцинировать свое население, быстрее достигли популяционного иммунитета. Ярким примером тому может служить Израиль.

В этой стране уже в апреле официально заявили о достижении 60% вакцинации вторым компонентом. Как следствие, в этой стране сняли маски, хотя в закрытых учреждениях еще носят. Но уже непосред­ственно в городе люди свободно передвигаются. Страна свободна от масочного режима, кроме приезжих, потому что вопрос с их вакцинацией стоит остро.

– Когда мы сможем выйти на такой уровень вакцинации? Каковы прогнозы, исходя из складывающейся ситуации?

– ВОЗ рекомендует для формирования массового иммунитета привить 60–65% всего населения. Исходить надо из того, что такая ситуация должна быть во всей стране, а не в отдельном населенном пункте. И даже в близлежащих государствах, потому что идет миграция.

В Шымкенте примерно 47% взрослого населения привито вторым компонентом. Подростков мы еще не вакцинировали. Так что до выработки коллективного иммунитета нам еще далеко. А это означает, что пока нашим гражданам надо тщательно выполнять требования карантина, носить маски, соблюдать социальную дистанцию, что максимально снизит риски подхватить инфекцию.

Автор:
Любовь Доброта, Шымкент
09:06, 30 Июля 2021
0
1821
Подписка

Популярное