Главная страница

Грандиозный мир «больших данных»

Четвертая промышленная революция. Так или иначе она коснется каждого из землян. Поскольку грядет автоматизация производства, внедрение в жизнь робототехники, обретают реальность мечты об искусственном интеллекте… Big data – вот что изменит мир.
Цифровые данные, цифровизация, информатизация мира. Ежеминутно, если не каждую секунду к ранее сформированным данным добавляются дополнительные. Это делаем мы, пользуясь электронными книгами, создавая статус в социальной сети, активно практикуя прочие возможности Интернета. «Большие данные» становятся критерием оценки цифровизации мира и одновременно ее движущей силой.

Революционный держите шаг!

Значение Четвертой промышленной революции очень точно отмечено в Послании Главы государства Нурсултана Назарбаева, там же содержится прямое поручение Правительству касательно развития цифровой индустрии в Казахстане. По всему через повсеместное внедрение технологичес­ких новаций страна должна резко поднять производительность труда. То есть выполнить при помощи информатизации то, что не удавалось сделать развитием привычной индустрии и устоявшихся отраслей. Задача у бизнеса и государственной машины большая: следует уже к 2025 году иметь подробно выписанный комплекс мер для технологического перевооружения базовых отраслей.

Что же такое big data? Давайте разбираться. Самостоятельно и с привлечением экспертов. Что мы имеем? Мир, который изменился с появлением Интернета, специальных устройств, позволяющих считывать данные и преображать их. Мир, получивший сенсоры, способные собирать и запоминать информацию о местоположении, измерять различные показатели. Мир, в котором способны в небольшом устройстве хранить огромные объемы информации. И даже не в устройстве, а в той реальности, где действуют облачные технологии.

Глава «Казахтелекома» Куанышбек Есекеев на мой вопрос о центрах обработки данных, вошедших в нашу реальность не столь давно (в Павлодаре выстроен и действует крупнейший в СНГ ЦОД, в стране их – больше десятка), и их востребованности ответил так:

– «Большие данные», как правило, хранятся в центрах с мощными вычислительными ресурсами. Но сегодня иметь собственные ЦОДы или создавать собственные хранилища данных – непопулярные меры, требующие больших инвес­тиций. Соответственно, большинство организаций предпочитают хранить свои данные в «облаках», при этом обходится данная услуга намного дешевле.

При этом самыми востребованными данными для бизнеса он назвал те, что могут дать ценность. В первую очередь, это данные о текущих и потенциальных клиентах. Куанышбек Есекеев добавил, что наиболее популярными типами цифровых данных являются сгенерированные машинные данные, метаданные, данные из социальных сетей, транзакционные данные.

Большие. Неосязаемые. Выгодные

Теперь мы попробуем понять, что же такое кроется за отчасти сленговым выражением «большие данные». Большие насколько? К примеру, во Всемирной паутине гуляет высказывание председателя совета директоров Google Эрика Шмидта о том, что с начала цивилизации до 2003 года «человечество создало 5 эксабайтов данных». Более того, он сообщил, что теперь 5 эксабайтов создаются за два дня с возрастающей скоростью. Есть и прогноз от Шмидта: к 2020 году эта цифра возрастет до 53 секстибайтов. В самом деле, это уже не просто «большие данные». С этим объемом и работать следует какими-то новыми методиками, а их, возможно, еще не придумали.

Понимание у специалистов есть, а у кого ему еще быть? Тот же Шмидт в Давосе на профильной сессии Всемирного экономического форума заявил, что Интернет в его современной форме – практически день вчерашний.

СМИ растиражировали его выс­тупление в переводе: «Я отвечу очень просто: Интернет «исчезнет». Будет так много IP-адресов, устройств, датчиков, вещей, которые на вас надеты, вещей, с которыми вы взаимодействуете, что вы перестанете это даже ощущать. Это будет постоянной частью вашей жизни».

С ним стоит согласиться только потому, что он – глава Google. Но я бы сделала одну полушутливую оговорку. Важно, чтобы у будущих приспособлений были максимально автономные источники питания, иначе при внезапном отключении от сети у пользователя случится шок!

Готовы ли мы в Казахстане к принятию прогнозируемой реальности? Например, «большие данные» у нас понимаются как немалые объемы структурированной и неструктурированной информации и методы работы с ними. Цель – получение интерпретированного результата. Это верное восприятие. И, как заявляют специалисты IT-сферы, уже накоп­лено достаточно – для анализа и интерпретации, а также поисков результатов. Эксперты говорят и о том, что стоит добавить новые источники информации (те, что до сих пор не использовались в компаниях), как количество данных возрастает в разы.
Как видим, информация стала практически одним из факторов производства, и классическое выражение о том, что ее обладатель – суть владелец мира, чрезвычайно точно! Самое интересное, что при этом информация как товар имеет коллективный, общественный характер. А ее интерпретированный результат легко способен изменить мир. И ваш бизнес в нем.

Судите сами: когда компания использует новые для нее источники информации и получает возрастаю­щее количество разных сведений, ее IT-инфраструктура становится все менее производительной. Простой выход – купить новое оборудование. Но данных все больше, ваши овеществленные активы уже неспособны справиться с невещественным объемом пока еще непривычного товара – информации.
Вы обязаны меняться сами, менять свой бизнес, ориентируя его на отныне главенствующий цифровой формат. Есть технология, позволяющая собирать и анализировать продуцируемую информацию вне зависимости от ее объема? Есть. Есть специалисты, умеющие отличить одно от другого? На рынке труда, с разными умениями и своей стоимостью. Так берите их в компанию, меняйтесь, меняйте мир и вещи, из которых он состоит.

Купить мангал

Меняться и менять нам будет непросто. Потому что придется спешно ломать устаревшие представления предпринимательства, которому подчас даже думать об изменениях нестерпимо. Тем не менее сегодня «большие данные» есть у банков, они скопились и копятся на предприятиях государственного сектора, у операторов связи, в крупной промышленности…

Они есть и растут. Значит, надо учиться работать с ними. Не сек­рет, что на прибыль легко может повлиять поведение клиента, розничного или оптового потребителя. А понять потребности поможет отнюдь не бихевиористика, разобраться можно, анализируя накопленные данные, изучая поведение клиентов и сопоставляя возможную информацию из различных источников.

Например, Бернард Марр, основатель и СЕО Advanced Performance Institute, в своем блоге на Linkedin написал следующее: «Рассмотрим конкретный пример: компания Walmart может взять ваш список предыдущих покупок, товаров, которые имеются в наличии на складе, определить ваше местоположение, запросить прогноз погоды для нужного региона, проанализировать все это за несколько секунд и выслать вам рекламу средства для чистки мангалов, но только если вы ранее купили у них мангал, на улице светит солнце, а вы находитесь в радиусе пяти километров от магазина Walmart, где имеется запас бутылок с чис­тящим средством».

В этом абзаце кратко и внятно отражено и наличие Сети, и возможности используемого вами гаджета, и содержание запросов в Google, и потребности клиента ритейл-объекта, и маркетинговые особенности последнего. Скажем так, все перечисленное стало возможным определить по следу, который оставляет каждый из людей в цифровой среде, в поле информатизации. След виртуальный, неосязаемый. Но дающий возможность менять материальное.

Пора привыкать, сограждане. Наверняка и у нас в стране наступит то будущее, в котором состоятся полноценная телемедицина, дистанционное обучение, интернет вещей и прочие «пряники» информатизации. Наверняка тому будет способствовать государственное внимание к пока еще «виртуализированной» причастности новейших технологий к практике реальной жизни.

И вот еще что. Частенько мы берем себе в пример Финляндию как страну, сделавшую ставку на новейшие технологии и выигравшую на том. Готовя этот материал, мы не могли не поинтересоваться мнением экспертов о том опыте финнов, который способны встроить в свое поле информатизации.

Вот что нам ответил Куанышбек Есекеев:

– Финляндия чем сильна? В первую очередь, образованием и умением готовить конкурентоспособных на глобальном уровне специалистов. Если мы хотим достичь такого же уровня, то нам пора начать готовить по той же big data критическую массу специалистов по таким направлениям, как data analytics, data scientists, machine learning engineers и так далее.

«Пора начать готовить»? Что же, не столь анекдотичным в этом свете выглядит высказывание прежнего министра образования и науки, призывавшего еще в 2013 году обучать молодежь специальностям, пока не существующим. Процитируем высказывание Аслана Саринжипова, сохранившее­ся благодаря Интернету: «Технологии меняются каж­дые три года, каждые пять лет они полностью замещаются. Мы должны учить детей специальнос­тям, которые еще не открыты. Когда они закончат школы через 10–15 лет, будут новые специальности, которые мы еще не знаем».

Итак, пора. Если еще не поздно.

Бежать, чтобы только остаться на месте

Тем не менее «цифровой разрыв» – налицо. У «Казахтелекома» есть свежая статистика: количество интернет-пользователей в стране в 2016 году составило 72,9%. Куанышбек Есекеев располагает уверенностью в том, что успешно и активно идет покрытие территории республики сетями 3G и 4G. По его данным, общее количество абонентов достигло 14,2 млн, и к концу года национальный оператор связи намеревается охватить 4G все районные центры.

– В рамках программы «Цифровой Казахстан» планируется запуск проекта по покрытию волоконно-оптическими линиями около 1 300 сел, в которых проживает более двух миллионов человек. А в целом уровень цифровой грамотности населения составляет 74%, – заявляет глава «Казахтелекома».

Тем не менее надо время, чтобы информатизация в республике перестала быть «лоскутной», а все проактивные казахстанцы могли воспользоваться возможностями Интернета. Ведь 72,9% интернет-пользователей это далеко не стопроцентный охват. Инфраструктура для цифровой трансформации бытия казахстанцев у нас тоже лишь формируется.

Срок, к которому казахстанцы ощутят своего рода цифровой комфорт, рассчитывать будем не мы и не в этом материале. Помнится, летом прошлого года, на одной из больших встреч по поводу транс­формации бизнеса в рамках ФНБ «Самрук-Казына», относительно «Казахтелекома» был назван срок в 10 лет. То есть не меньше 10 лет, по мнению Куанышбека Есекеева, может пройти до момента, когда компания достигнет целей универсальности (предоставление каж­дой имеющейся на рынке услуги), стабильности (качество сервиса) и «цифрового комфорта», что в понимании главы нацоператора является потребностью «стать лидером на всех рынках инноваций».

Десять лет. Могу ошибаться, но за 10 лет остальной цифровой мир уйдет от нас в далекие дали, куда мы не достучимся и не дозвонимся. К тому же очень интересна цифра, рисующая вклад IT-сектора в ВВП страны. Согласно разрабатываемой программе «Цифровой Казахстан» планируется 4%. Но ряд стран уже сейчас около 10% своего ВВП создает за счет информатизации бизнеса, госуслуг, быта и так далее.
Готовы ли мы к такому всплес­ку? Судя по ответам, полученным на запрос, да. Вот что говорит директор департамента управления госпрограммой «Цифровой Казах­стан» АО «Национальный инфокоммуникационный холдинг «Зерде» Алибек Иргалиев:

– С тех пор, как наша страна обрела независимость, последовательно принимался ряд стратегических документов в области развития ИКТ-сектора страны. Безусловно, то были первые шаги к цифровой трансформации экономики страны. Они дали импульс переходу к новому информационному обществу, совершенствованию госуправления, созданию институтов «открытого и мобильного правительства», росту доступности информационной инфраструктуры и для корпоративных структур, и для граждан.

С учетом предыдущих стратегий как достижений, так и недос­татков, мы подошли к разработке новой госпрограммы «Цифровой Казахстан». Программы, которая уменьшит так называемый «цифровой разрыв», выполнит требования общества, желающего повысить качество жизни. Названная госпрограмма создает предпосылки для развития современных технологий, обеспечивает экономику необходимой для цифровой трансформации инфраструктурой, базовыми технологическими платформами.

Сначала раздай пирог, а потом режь его

А что, если мы с вами живем «в обратную сторону»? Что, если наши потребности в цифровом наполнении жизни ограничены нами же? Вот представитель холдинга «Зерде» считает острым вопрос о том, чтобы «успеть создать современную цифровую экономику и не оказаться на задворках мировой экономики». Он же уверен в том, что запуск программы «Цифровой Казахстан» принесет «цифровые дивиденды» и гражданам, и бизнесу, и государству в целом. Все верно. Но все выводы закапсулированы в будущее время, как и сама программа пока в планах, в разработке.

Пусть на поле информатизации Казахстан уже давно что-то сеет, но уже хочется собирать урожай. В том числе в виде «больших данных», которые не только способны переменить весь бизнес-ландшафт, но и принести прибыль обладателю при продаже результатов их обработки. Как это должно происходить, какова «механика процесса» – знают эксперты отрасли.

К примеру, ресурс profit.kz летом 2016 года публиковал большое интервью с Андреем Суставовым, генеральным директором казахстанского представительства компании SAS Institute. Процитируем: «Когда ваши данные оживают с помощью графиков и схем, вы видите то, чего не видели раньше. Вы можете играть с большими данными «на лету». Расчеты и представления данных происходят мгновенно, и не требуется ждать их обработки. Визуализация позволяет пользователям изучать большие объемы данных, анализировать факторы влияния, создавать описательные и прогнозные модели в интерактивном режиме».

Ко всему нынешний IT-рынок готов также дать решения для текстовой аналитики, что, возможно, принесет любопытные плоды на медийном рынке в том числе. Уж этих данных – с лихвой и у бизнеса, выставляющего своим подразделениям текстовые задачи и получающих такие же решения.

Соглашаясь со специалистами инфокоммуникационного сектора, скажем, что данных сегодня во всех отраслях накопилось достаточно. Куанышбек Есекеев, например, отмечает в этом плане продвинутую работу банковского, финансового секторов. Среди первых и предприятия, работающие в ритейле, поскольку покупки совершают все граждане, и все оставляют какой-то след в инфопространстве финансов.

«Знать глубоко профиль своих клиентов жизненно важно для подобных организаций. Банки уже строят скоринговые модели, анализируют риски, формируя и собирая данные о клиентах, – цитирую Андрея Суставова. – Телеком-операторы тоже предпринимают свои шаги. Имея большие массивы данных, мы строим модели оттока абонентов, формируем свои маркетинговые планы, прогнозируем потенциальный спрос на услуги и продукты. Пока еще не так активно используют свои данные промышленные предприятия, хотя потенциал в отраслях также высок. Уже сегодня на заводах предприя­тия, анализируя исторические и собирая новые данные в режиме реального времени о станках, могут спрогнозировать время простоев и поломок, что, безусловно, существенно сокращает издержки и повышает эффективность производства».

Знаешь, сколько стоит его время? Тысяча фунтов одна минута!

Чего ожидать бизнесу в цифровой реальности, куда все равно придется прийти, причем, следуя выводам экспертов, не в последних рядах? В Национальной палате предпринимателей «Атамекен», объединяющей казахстанских бизнесменов, как нельзя кстати создан комитет по IT. Комитет представляет в НПП IT-бизнес через аккредитованные IT-ассоциации. Членами комитета являются представители IT-ассоциаций, объединяющих своих членов на добровольных началах. Комитет предназначен для защиты интересов ИКТ-отрас­ли, он консолидирует различные ИКТ-ассоциации для выработки единого мнения в вопросах, затрагивающих интересы этого бизнеса.

На ряд вопросов нам ответил член профильного комитета и президент казахстанской Ассоциации IT-компаний Нурлан Исин. Он согласен с тем, что свидетельством идущих в стране процессов информатизации, в том числе и для бизнеса, можно назвать даже факт сдачи налоговой декларации в электронном виде.

– Для самого бизнеса, сдающего декларации в электронном виде, возможно, этого пока достаточно. Тем не менее налоговые органы получают возможность собирать данные в единое хранилище и анализировать их в различных разрезах. Если, скажем, к базе данных электронных деклараций будет открыт доступ для различных аналитических служб, то это позволит извлекать различную интересную информацию о налогоплательщиках в целом, по регионам, по каждому налогоплательщику и так далее. Однако здесь надо понимать, что данные налогоплательщиков не должны быть в открытом доступе, – сказал эксперт.

При этом Нурлан Исин сравнивает национальные информационные ресурсы по ряду характеристик и по ценности с недрами:

– Эти ресурсы надо формировать (для недр – добывать), обрабатывать и получать искомый продукт в виде информации (для недр – готовый в том или ином виде продукт, изготовленный из сырья), на которую есть потребитель. В целом «большие данные» – обычная аналитическая работа с хранимыми в цифровом виде данными. Цифровизация информационных ресурсов страны дает большие возможности для аналитической работы с ними, что позволяет говорить о развитии такого бизнеса, как добывание данных из недр электронных инфоресурсов.

Эксперт из палаты предпринимателей уверен, что в среде подопечных НПП цифровое мышление уже развивается, поскольку действует привычная схема: спрос рождает предложение и наоборот. Но призывает определиться с тем, о каких предпринимателях вести речь. Например, в области «больших данных» предпринимательство – за IT-компаниями, занимающимися разработкой аналитических программ. Потребителями становятся все, кому нужна извлеченная из недр, обработанная информация.

Нурлан Исин отмечает, что чаще всего это государственные структуры, корпорации, оказывающие услуги населению и бизнес-структурам, предприятия, реализующие свой товар, маркетинговые компании.

– Со стороны государства важно следующее: обеспечить доступ к открытым данным. При этом замечу, что большой бизнес, хранящий и накапливающий информацию о своих клиентах, вряд ли будет делиться ею для сторонних целей. Безусловно, они будут использовать данные в своих интересах и продавать их, уже обработанные, если будет спрос. А при необходимости и нанимать подрядчиков для извлечения сведений из своих электронных хранилищ, – заключил эксперт.

…Между тем наряду с понятием «большие данные» уже применяется термин «быстрые данные». Если событие происходит здесь и сейчас, а реакция на него должна быть скорой и эффективной, то нужен непрерывный потоковый анализ. Здесь наверняка кроется питательная почва для взращивания специалистов не существовавших никогда профессий. Мир меняется. А мы в нем?

Автор:
Ирина Нос
00:45, 28 Февраля 2017
0
796
Подписка

Популярное