Фейки и их влияние на реальность

Фейки, искажение информации, манипулирование – общемировая проблема. Как с ней бороться, какие есть рецепты и практики? Главное, что необходимо сделать, – выработать в обществе так называемый информационный иммунитет.

– Фейки – это общечелове­ческая беда, – говорит главный редактор сайта Factcheck.kz Павел Банников. – Они, равно как конспирологические теории, опас­ные слухи и когнитивные искажения, сопровождают человека с древнейших времен. Другое дело, что ситуация изменилась с изобретением книгопечатания, появлением массового информирования с помощью газет. Если раньше слухи распространялись из уст в уста, или их нужно было переписывать вручную, то с развитием новых технологий стало возможным легко тиражировать как достоверную, так и недостоверную информацию. Это то, что некоторые исследователи называет парадоксом Гуттенберга (первый типограф Европы – ред.). Если 50 лет назад возможность массового информирования и дезинформирования была не у всех, для этого нужны были технические средства и значительные трудовые затраты, то теперь ее имеет любой человек, у которого есть смартфон, подключенный к Интернету.

Итог – массовая дезинформация распространяется неконтролируемо, и нет никаких способов глобально ограничить ее. Это и есть тот вызов, на который пытается ответить современный фактчекинг, или проверка фактов, чтобы как-то противодействовать дезинформации, которая распространяется в информационном обществе.

– Смартфоны мы имеем далеко не первый год, но почему именно сейчас все вдруг разом превратились в наивных детей, которых так легко обмануть?

– Начнем, выражаясь журналистским языком, с инфоповода – пандемии и мирового карантина. С одной стороны, в последнее время на нас обрушилось огромное количество дезинформации. В частности, о вакцинах и вакцинации. С другой – мы вынуждены констатировать провал соответствующих ведомств в части коммуникации с населением. Сейчас на дворе стоит июнь, и до сих пор нет дос­тупных для анализа данных о самом главном – казахстанской вакцине. Они имеются у ученых-разработчиков, а то, что эти данные не опубликованы до сих пор, – это вина пиар-служб этих ведомств. Иначе как выстрелом себе в ногу я это назвать не могу. На мой взгляд, правильнее всего будет опубликовать данные по вакцине, чтобы независимые эксперты имели возможность для анализа.

– Вернемся к дезинформации. Это только наша внутренняя беда или всеобщая?

– Она, особенно в последний год, мировая. По части некоторых конспирологических теорий мы перед чем-то все-таки устояли. Но зато крайне неустойчивы к фейкам, которые могут привести к прямой угрозе здоровью как отдельного человека, так и общест­ва. Например, фейки о том, что от коронавируса нужно лечиться чесночной водой или аспирином могут навредить отдельному человеку. Вызвать, обострение гастрита или синдром Рейе – патологии у детей, вызванные применением аспирина. В случае с фейками о вакцинации – это прямая угроза общественному здоровью. Чтобы как-то разрешить эту проблему, ее нужно открыто обсуждать. Пока на глобальном уровне я вижу только один выход – повышение уровня медиаграмотности у людей.

– Каким образом это можно сделать, если население плотно «подсело» на фейки?

– Я предлагаю начинать вводить обучение медиаграмотности не то что со школы, а может быть, даже с детского сада. Мы, редакция сайта factcheck.kz и MediaNet, вместе с учителями-методистами подготовили для старшего звена средних школ учебник по медиаграмотности, который буквально на днях успешно прошел экспертизу МОН РК. Мы постарались написать его так, чтобы он был понятен и полезен всем – и детям, и их родителям.

– Логика и критическое мышление. То, о чем Вы сейчас говорите, имеет к этому какое-то отношение?

– Логика и критическое мышление – это базовые основы медиаграмотности. Однако в современном глобальном мире нужно еще понимание того, как функ­ционируют информационное поле и медиа. Человеку нужно включать не просто логику и критическое мышление, но и научиться анализировать источники, отличать достоверные от недостоверных, более достоверные от менее достоверных, надежные от ненадежных, и плюс – понимать, кто и что стоит за каждым источником, какая там используется методология воздействия на умы.

И, конечно, если мы говорим о медиаграмотности, то это не только грамотность в смысле логики и критического мышления, но это еще и обучение кибербезопасности, чтобы сохранить наши персональные данные. В последнее десятилетие наблюдается такой мировой тренд, как ­обучение медиаграмотности даже в детских садах. Без этого в современном мире просто не выжить. В Европе и в некоторых странах постсоветского пространства это уже прак­тикуется. В Литве, например, есть курсы и книги по медиа­грамотности, предназначенные для детей 5–6 лет. Мы тоже не отстаем. Кроме нашего учебника для школьников, в Казахстане появились первые пособия для студентов вузов.

Но будем честными с самими собой: тот уровень – не то что медиаграмотности, а функциональной грамотности, который мы наблюдаем в нашей стране, мягко говоря, очень низкий. Треть наших граж­дан совершенно спокойно могут отдать незнакомому человеку все данные своей, например, платежной карты. Это особенно усилилось сейчас. Статистика ущерба от интернет-мошенничества по годам более или менее шла ровно до 2018 года, а потом все резко пошло вверх. В 2019 году доказанный ущерб составил 62 млрд тенге, а в 2020-м – уже 240 млрд. Таким образом, за год сумма доказанного ущерба от мошенников выросла в четыре раза! Это много говорит об уровне медиаграмотности казахстанцев.

Поэтому я согласен с мнением, что нужно вводить буквально с первого класса логику и критическое мышление. Все должно быть по Аристотелю – за грамматикой идут логика и риторика. То есть человек должен сначала освоить грамматику того языка, на котором говорит, потом логику, чтобы сопоставлять какие-то процессы и понимать закономерности. А риторика – это умение доносить свою мысль и умение понимать, что доносит до тебя другой. Эти три кита, на которых должно базироваться образование.

– Отсутствие медиаграмотности как-то связано с чрезмерным доверием к блогерам – квазиспециалистам по всем вопросам?

– Естественно. При падении уровня доверия к общественным институтам оно возрастает к неинституциональным источникам. С другой стороны, так было всегда. Кому мы больше верим? Соседу или председателю колхоза? Наверное, все-таки человеку, который живет рядом. Но этот сосед, условный дядя Вася, раньше не имел смартфона. А теперь он может транслировать все, что придумал, на многотысячную аудиторию – все это легко распространяется через мессенджеры. Если раньше, чтобы распространить слухи через шепоток на ушко, нужно было дойти до человека, то теперь можно сразу на 250 человек кинуть в чат WhatsApp все что угодно.

– А в том, что вакцинация сейчас идет не теми темпами, на которые рассчитывали, тоже виноват дядя Вася?

– Это провал в коммуникациях различных ведомств на протяжении всего периода пандемии и карантинных мер, который виден невооруженным глазом. Информация меняется буквально каждые два дня, иногда – чаще. Люди растеряны, вместо ясных коммуникаций они видят, что правила игры меняются каждый день, причем в каждом регионе по-своему. Рекомендация всем заинтересованным ведомствам и их пиар-службам в такой ситуации может быть только одна – пересмотреть стратегию в сторону прозрачности и открытости. Именно это порождает доверие, укрепляющее общество. Доверие к информации от официальных источников – это то, чего не хватает казахстанскому обществу. Разуверившись в них, мы стали доверять той информации, которую «одна бабка сказала».

– И что нас ждет в условиях той вакханалии, которая происходит в медиапространстве?

– Боюсь, ничего хорошего, если мы не поменяем отношение к информации и к ее источникам. Пока мы видим, что даже крупные республиканские СМИ, к сожалению, не всегда проверяют и не перепроверяют источники, то есть они тоже пользуются фейками. Это огромная проблема, потому что она снижает доверие к средствам массовой информации и вводит людей в заблуждение. Один неправильный заголовок в крупном республиканском издании моментально расходится по всем рассылкам. И даже если потом он будет поправлен, и редакция принесет извинения своим подписчикам, все равно вред уже нанесен. Поэтому нужно очень серьезно и ответственно подходить к проверке и перепроверке информации. Именно поэтому мы проводим тренинги по фактчекингу для редакций, чтобы те имели меньше рисков для дезинформирования своей аудитории.

– Вы первыми в Казахстане стали проводить фактчекинг информации. Расскажите историю Вашего сайта, как он появился...

– Идея его создания принадлежит известному журналисту и медиаменеджеру Адилю Джалилову. Когда он понял, что в Казахстане и вообще в Центральной Азии не хватает ресурса, который занимался бы проверкой информации на достоверность, то решил собрать редакцию. 11 мая 2017 года мы запустились и вот уже 4 года стоим на страже здравого смысла: проверяем как высказывания публичных людей, так и разнообразные рассылки и прочие вещи, активно циркулирующие в обществе, на дос­товерность. За это время мы проверили порядка четырех тысяч разно­образных утверж­дений на русском и казахском языках. Последний год показал, что мы движемся в правильном направлении, ведь проверка информации на достоверность необходима обществу.

– Дайте самый простой совет: как отличить фейк от достоверной информации?

– Если информация вызывает у вас очень яркую эмоцию – страх, злость, досаду или еще что-то, и вам хочется срочно поделиться ею, скорее всего, это фейк. Достоверная информация чаще всего подается нейтрально, с опорой на источники, она не пытается манипулировать вашим сознанием, мышлением и поведением, чтобы заставить вас распространить ее.