Астана -10 °С Алматы 3 °С
Главная страница

Дебют, и сразу – Голливуд

На следующей неделе на экраны страны выходит экшн-фильм "Весь мир у наших ног" режиссера-дебютанта Саламата Мухаммед-Али.
В картине, где снялись известные казахстанские, американские, российские и китайские актеры, много постановочных трюков, связанных с боевыми искусствами, и довольно простая сюжетная линия. Главную героиню (ее сыграла казахстанская актриса Карлыгаш Мухамеджанова) – честную, умную, красивую девушку – некий негодяй (герой Арманда – Ассанте) "подставляет" на полмиллиона долларов, чтобы сделать ее своей должницей и добиться ее благосклонности. Она же, отстаивая честь свою и любимого человека (российский актер Алексей Франдетти), нажимает на курок…

Бюджет картины, как сообщил Саламат Мухаммед-Али, составляет семь миллионов долларов. Отметим, что у режиссера картины «Весь мир у наших ног» нет кинематографического образования (по профессии он инженер IT-технологий).

– У меня есть собственная формула успеха, – вдохновенно рассказывает дебютант историю своего прихода в кино. – Началось все где-то в середине 80-х, когда в Казахстане появились первые видеосалоны, где показывали зарубежные фильмы. Мы, подростки тех лет, все свои карманные деньги оставляли там. В видеосалонах у меня и зародилась мечта снимать кино про таких же крутых парней, как герои Брюса Ли, в которого я буквально влюбился. Я знал, что мечты, если и сбываются, то не сразу, через много лет. Но я из тех людей, для которых любое слово на вес золота. Стараясь и слушать, и слышать собеседника, во всем, что он сказал, ищу подстрочник.

Фильмы "Путь Дракона" и "Остров дракона", в которых снимался Брюс Ли, меня воодушевили. Мне захотелось заниматься видеосъемками. Я так "достал" маму, что в один прекрасный день она купила мне видеокамеру "Панасоник-М4".

На "Панасонике" я снимал себя и все наше семейство, ради развлечения занимался свадьбами. После школы железно решил снимать кино. Ради этого заочно окончил факультет автоматизированной системы управления политехнического института, то есть специально освоил компьютер, чтобы никого ни о чем не просить, все делать самому.

К цели я шел пошагово, и вот вроде бы ее достиг – снял кино. У меня за эти годы даже появилась целая инструкция или даже собственная формула успеха.

– А вы уже уверены в успехе?

– Может, и нет еще никакого успеха, но я знаю точно, что мне еще надо долго работать над собой. Я вообще в этой жизни принял позицию вечного ученика.

– А как это – работать, не зная языка?

– Инвестор, он же продюсер картины, бизнесмен Даурен Муса обеспечил меня такими сильными синхронными переводчиками, что я едва успевал излагать свои мысли, как информация уже доходила до актеров.

– А как вы смогли убедить Даурена Мусу расстаться с семью миллионами долларов ради вашей картины?

– Я пришел к нему с готовым сценарием и коротеньким бизнес-планом. Предполагаемый бюджет, конечно же, был в разы меньше названной суммы. Даурен, прочитав сценарий, который я написал в соавторстве с россиянином Магометом Бачаевым, сказал, что уж раз я взялся снимать кино, то надо снять его так, чтобы не было стыдно. Он попросил где-то что-то поменять местами, а где-то – усилить. Я согласился, и мы вместе изменили сценарий.

– Как вы выходили на американских актеров?

– Дня через три-четыре после того, как Даурен Муса согласился спонсировать проект, мимо его кабинета в отеле проходил звездный постоялец – американский актер Арманд Ассанте, тот самый, который сыграл Наполеона Бонапарта в "Наполеоне и Жозефине" и Одиссея в "Одиссее" Кончаловского. Вот вы удивляетесь, как я смог убедить его дать денег на картину, но мне до того дара убеждения, которым обладает Даурен, – как до космоса. Двери в его кабинете обычно плотно закрыты, а тут они оказались приоткрытыми. "Для меня это был знак, – говорил Даурен потом. – Я встал и пошел за Армандом. Затащил его в кабинет и убедил сниматься в проекте".

А убедив одного актера, он смог благодаря связям и репутации подтянуть и остальных звездных актеров – Кэри Тагава и Бола Йена. С Кэри Тагавой (он играет гангстера Хазара) был интересный случай на съемочной площадке. Представьте, передо мной сидит великий актер. А у меня есть сцена, где его героя надо привязать к стулу и подвесить вниз головой. Я знаю, что для таких трюков американским актерам нанимают дублеров. А я хотел, чтобы он сам сыграл этот эпизод. Вся съемочная группа ждала, пока я пять часов уговаривал его. "Кэри,– говорил я ему. – Ну где я найду дублера точь-в-точь? Это же будет неправдоподобно". И уговорил-таки. Мы с ним вышли, он все проверил, понял, что это безопасно, и мы его привязали к стулу и повесили. Потом он сказал… Нет, я это не буду рассказывать.

– Ну раз начали…

– …Когда я был в Нью-Йорке на озвучивании, он сказал мне: "Саламат,­ у тебя большое будущее. Ты один из тех режиссеров, которые могут сделать фильм из любого сценария".

Но продолжу историю Брюса Ли, с которого я начал свой рассказ. На съемочной площадке был один очень интересный момент. Я об этом подзабыл, но когда стал воплощать на экране задуманное, то понял, что истоки уходят к фильму "Путь дракона". В юности я, следуя за своим кумиром – Брюсом Ли, тоже занимался спортом, получил даже юношеский разряд по боксу. Потом все это забылось. Дух великого актера вновь напомнил о себе через его близкого друга Бола Йена, звезду китайского кинематографа, который снимался в моем фильме.

Когда Брюс умирал, он, по словам Бола, подарил ему браслет, где Брюс оставил дух основанного им вида восточных единоборств – джит кун-до. В переводе с китайского – путь опережающего кулака, а говоря проще – победа без боя. Это означает, что противники, посмотрев в глаза друг другу, сразу понимают, кто из них выйдет победителем из боя. Боло Йен сыграл небольшую роль – личного телохранителя главного героя. В конце фильма есть сцена, где он дерется. Перед съемками этой сцены он подошел ко мне: "Саламат, я хочу в память о Брюсе использовать кошку". В "Пути дракона" в самом деле есть сцена, где Брюс дерется с Чаком Норрисом, а за ними наблюдает кошка. Меня так тронуло, что свое участие в моей первой картине актер хочет посвятить своему покойному другу, что я сразу же согласился, и мы повторили сцену из "Пути дракона".

– Как вы все-таки сразу попали в большое кино?

– Мой жизненный девиз – отдать малое, чтобы добиться большего. В родном городе у меня был бизнес, связанный с компьютерами, неплохие доходы. А я, бросив все, уехал без гроша за душой в неизвестность, чтобы снимать кино. Но однажды, когда придет настоящий успех, я верну все, что когда-то недодал тем людям, которых всегда любил и буду любить, как бы они ко мне ни относились.

А пока, взявшись снимать первое свое большое кино, я стопроцентно погрузился в него и отпустил все остальное. Быт перестал меня интересовать, я его тоже отпустил. Наверное, я многим непонятен. У большинства цель ведь какая? Заработать побольше денег, купить квартиру, жениться, детей родить. А я такой вот, безбытный пока.

– Рядом с вами замечена молодая красивая девушка. Кто она?

– Моя жена. Нынешняя супруга (я женат третьим браком), поняв меня до мозга костей, приняла таким, какой я есть, хотя между нами разница 15 лет.

– Где, кстати, проходили съемки картины "Весь мир у наших ног"?

– В основном – в Алматы, маленькая часть была снята в Актау и несколько планов – в Нью-Йорке.

– Как вам там работалось в этом городе без режиссерского опыта за плечами и без языка?

– Мне все задают этот вопрос. Нью-Йорка, скажу честно, я не видел. Некогда было смотреть, был весь сфокусирован на "озвучке". А что касается языка, хотите расскажу маленькую историю? Однажды я поехал за оборудованием в Гуан­чжоу. Ладно английский, я же все-таки айтишник, понимаю кое-что, а тут китайский. Прилетел я один. На кривом английском попросил таксиста отвести меня в отель. Там мне повезло подружиться с парнишкой-администратором. Он, оказывается, учился в Питере. На обратной стороне визитки отеля он писал, и я, пользуясь языком жестов и эмоций, совершал покупки в городе. Так же я снимал и свое кино. Как-то мы с Армандом Ассанте в 11 вечера вдвоем возвращались со съемок. Пока ехали до отеля, мы с ним обсудили план на завтра. При этом он не знал русского языка, а я – английского.

– Чем вы будете заниматься дальше?

– Продолжать снимать кино.

– А если для следующей вашей картины не найдется такого замечательного инвестора и продюсера, как Даурен Муса? Что тогда?

– Все зависит от воли Всевышнего и от того, как зритель воспримет фильм "Весь мир у наших ног". Изучая формулу кино, в последние годы мне удалось постичь его магию. Я чувствовал сердцем свое кино, чтобы оно получилось оригинальным, включал интуицию.

Вот вы спрашиваете, чем буду заниматься дальше? Мне повезло познакомиться с Греем Фредриксоном, продюсером "Крестного отца". На него вышел через Петра Жмутского, американского независимого продюсера, сценариста и режиссера казахстанского происхождения. С последним познакомился в Москве, куда ездил озвучивать свою картину на русском языке. Я ему дал почитать сценарий своего следующего фильма, который условно называется "Рабы". Ему понравилось, он рассказал о нем Грею, сказал, что хочет познакомить меня с этим оскароносным продюсером, человеком-легендой. Я, конечно, уцепился за предложение.

Когда мы с Греем связались по скайпу, он сказал мне: "Чем ты лучше американских режиссеров? А я им уделяю не больше 10 минут". Елки! Действительно, чем я, никому не известный казах, претендующий на звание режиссера, лучше их? Ответ от отчаяния пришел мгновенно. Я рассказал Грею о смысле своей жизни и чем-то зацепил его – мы проговорили два часа. В итоге он сказал мне: "Я готов продюсировать следующий твой фильм". И мы уже с ним работаем. Как только найдем деньги, начнутся съемки, они пройдут в Оклахоме.
Автор:
Галия ШИМЫРБАЕВА
00:03, 20 Марта 2015
0
828
Подписка

Популярное