Александр Решетников (слева): всякий раз, закрывая глаза, он думал о родном доме...Фото из семейного архива

Он прошел войну с первого до последнего дня, дважды получал тяжелые ранения и дважды возвращался в родную дивизию. Врачи готовили его к ампутации правой ноги, но... произошло невероятное. И это невероятное сотворил военный хирург. Ногу спасли, а значит, вернули на фронт еще одного солдата. Рядового, который честно выполнил свой долг перед Родиной. Капитана, который плакал от счастья и гордости 9 мая 1945 года. Гвардии майора запаса, вернувшегося к мирной работе только в 1947 году и всю оставшуюся жизнь отдавшего народному образованию. Он — это заслуженный учитель Казахской ССР, отличник народного образования, персональный пенсионер, кавалер тринадцати правительственных наград Александр Петрович Решетников.

Безымянные поселки

В тридцатые годы двадцатого столетия шепотом рассказывали смешной анекдот с грустным смыслом о том, как один заключенный спрашивает у другого, за что он сидит. За лень, отвечает тот и поясняет: сосед на него донес раньше, чем он...

Вот из-за такой «лени» в 1935 году проживавшая до этого в Оренбургской области семья Поляевых «сменила адрес». Поселок № 31 — значилось теперь в их листке прибытия. А двумя годами раньше, в 1933-м, по той же «причине» из Саратовской области была выслана семья Решетниковых. До нового места жительства с вокзала везли на телегах. Никаких указателей на дороге, никаких иных опознавательных знаков. Только столбик с надписью — № 27. И страшное соседство с АЛЖИРом — поселком, чей 26-й порядковый номер был тогда у всех местных на устах.

Так началась их общая история. Их казахстанская веха. Их акмолинская жизнь. Так они стали налаживать новый быт. Кстати, именно «Новый быт» назвали много позже 31-й поселок, сегодня известный в Акмолинщине как совхоз «Родина». Вообще-то совместная, семейная жизнь Решетниковых и Поляевых берет отсчет с послевоенного 1949-го, а в тех, тридцатых, наши герои были еще не знакомы. Александр Решетников был студентом Саратовского учительского института, а Галина Поляева — школьницей. И до свадьбы-женитьбы им предстояло еще подрасти, встретиться и влюбиться. А главное — нужно было вернуться с войны всем смертям назло...

22 июня. Война

В мае далекого 1941-го Александра Решетникова призвали в армию. Когда началась война, он служил на Кольском полуострове.

Он никогда не мог забыть и часто рассказывал, как внезапно среди ясного летнего утра с бреющего полета из крупнокалиберных пулеметов, в упор, а главное — безнаказанно их расстреливали немецкие «юнкеры».

«Так в составе Северо-Западного, Карельского, Второго Белорусского фронтов началась моя длинная военная дорога на Север, через Карелию, Финляндию, Норвегию, через Балтику до Кенигсберга, когда 9 апреля 1945 года была взята штурмом неприступная крепость». Это выдержки из воспоминаний Александра Петровича, сохранившиеся в семье, где свято чтут память о муже, отце, дедушке.

А Галина Ивановна о начале войны узнала из сообщений по радио. Как и все тогда, она свято верила, что очень скоро война закончится. Что будет так, как в песне поется:

И на вражьей земле мы врага победим

Малой кровью, могучим ударом...

И каждый день ждала победных реляций.

9 мая. Победа

Из воспоминаний А. Решетникова: «Мне никогда не забыть такую картину: последние разрывы вражеских снарядов из дальнобойных корабельных орудий и вдали, на горизонте, — черные дымки удаляющихся на запад последних боевых кораблей противника. Взят неприступный Кенигсберг, стоят теплые апрельские дни 1945-го, и вся страна улыбается счастью в преддверии долгожданной Победы! В душе так и рвались слова песни:

И к нам на фронт пришла весна,

Солдатам стало не до сна,

Не потому, что пушки бьют,

А потому, что вновь поют,

Забыв, что здесь идут бои,

Поют шальные соловьи...».

Смертью храбрых...

Александр Петрович и Галина Ивановна: любовь с первого взгляда и на всю жизнь. Фото из семейного архива

Многие наши земляки заплатили за Победу самой высокой ценой — своими жизнями. Не обошла смерть стороной и семьи наших героев: осенью 1942-го Поляевы потеряли сына Петра, а Решетниковым пришла похоронка на младшего сына Владимира.

О гибели Петра Ивановича до сих пор известно немногое: «Похоронен в братской могиле на Богословском кладбище г. Торжка в Калининской области. Пал смертью храбрых».

Решетниковым в этом смысле «повезло» больше. В мае 1975 года по Целиноградскому областному телевидению показывали передачу «О чем рассказывают письма». И вдруг они услышали о своем Володе. С экрана звучали слова из письма Михаила Кузьмича Зенченко: «Весной 42-го года нам было поручено занять оборону на краю леса. Не успели мы дойти до места, нас атаковал немецкий парашютно-десантный полк. Головорезы лет по 18—20. Бой проходил в лесу. После боя я нашел Володю, лежащего на немце. Руки его крепко сдавили горло фашиста. Он был без памяти... Впоследствии он стал разведчиком и, когда возвращался после задания из тыла врага, подорвался на вражеской мине...». Так, совершенно случайно, семья узнала, как погиб ушедший на фронт добровольцем Владимир.

Цена воспоминаний

Из двух братьев Решетниковых, ушедших на фронт, домой вернулся один — Александр. Из двух братьев Поляевых, ушедших на фронт, домой вернулся один — Иван. И сын Ивана Поляева, Андрей, и внук Александр — профессиональные военные. «Это наше семейное кредо — Родину защищать!» — в шутку, но больше всерьез говорят в их семье.

А вот Александр Петрович вернулся к учительской работе. Он столько разрушал, что теперь хотел только созидать... «Я против войны. Я — за мир. Мир детского смеха, труда и культуры», — говорил о себе он сам. «Это педагог от Бога», — говорили о нем коллеги и благодарные ученики.

Он всегда помнил о войне, но старался меньше говорить об этом. Как-то его попросили выступить с воспоминаниями о минувшей войне перед студентами Акмолинского педучилища. Когда он говорил, в зале откровенно плакали, всерьез, не стесняясь своих слез. Текли слезы и у автора, да подчас так, что мешали говорить. Тогда он почувствовал, что выступил не напрасно. Волнения постепенно улеглись, и он, казалось, успокоился... А на следующий день его положили в больницу. Такова оказалась цена воспоминаний.

Медаль за терпение

Как-то не принято давать награды тем, кто не участвуя в сражениях, не стреляя и не убивая, а, напротив, созидая и творя, тем не менее отдал и дань памяти, и свой долг перед Родиной сполна. Матери, жены, сестры и дочери. Женщины, на чьи плечи легла тяжелейшая ноша, несмотря на невыразимую усталость, горе, голод, непокладая рук продолжали работать, в тылу ковать победу для фронта.

Женщины, которые каждодневно терпеливо и мужественно переносили все тяготы войны вместе со своими мужьями, братьями, сыновьями. Переносили все тяготы войны даже после ее окончания. Для них война не закончилась — им предстояло бороться за здоровье своих любимых. И скольким эти любовь и забота спасли жизнь в уже мирное время. Низкий поклон вам, Женщины!

Лариса КУНСТ

«Память о войне... Кто-то должен взять на себя отвагу проявить мужество и рассказать о медалях и подвиге народном, подавить силой своего духа прекраснодушие и возвыситься до правды: горькой, не очень удобной, порой жестокой, но единственно возможной в жизни большого и трудового народа. Эту святую миссию взяла на себя родная литература, Слово. Чтобы История, Память о войне стали духовной опорой народа на все времена. Для всех грядущих поколений».

Виктор Астафьев

Святую миссию, к которой в свое время призывал писатель, сегодня приняли на себя и СМИ. И за той самой правдой — «окопной», «опаленной», «окровавленной» нужно спешить к пока еще живым ветеранам, свидетелям тех страшных дней, к вдовам, тыловикам. Потому что «всю правду знает только народ», говорил военный журналист и поэт Константин Симонов.

К сожалению, есть и другая, не менее горькая, правда. Накануне празднования очередной годовщины Дня Победы по «Первому каналу» показали сюжет. У школьников интересовались: знают ли они, что это за день — 9 Мая. И дети четко отвечали: это праздник, красный день календаря, и, значит, в школу приходить не надо. Потом некоторые припоминали, что это День Победы. Но победы кого над кем, они не знали. Журналист, проводивший опрос, подсказал: была Великая Отечественная война. Ах, да, воскликнули ученики и радостно вспомнили Наполеона...

Вот такая ситуация. Когда-то нам казалось: разве это возможно — не помнить о Великой Отечественной, забыть о подвиге народном, не склонить голову или не преклонить колени перед Солдатом... Оказалось, возможно. Вот такая теория невероятности.

Фронтовики, наденьте ордена!

В преддверии великой даты — 60-летия Победы районные акиматы Алматы чествуют ветеранов Великой Отечественной войны. Вчера в торжественной обстановке аппарат акимата Бостандыкского района поздравил в Казахском государственном академическом театре драмы имени М. Ауэзова тысячу фронтовиков.

Для них был подготовлен праздничный концерт, накрыт богатый стол, а самое главное — вручены медали «60-летие Победы в Великой Отечественной войне», удостоверения участников войны и продуктовые пакеты.

Марианна ЛЕВСКАЯ,

г. Алматы

Без мамы маму «полечили»

Пишу с болью за ветеранов Великой Отечественной. Отец мой, Азарий Николаевич Крымов, инвалид войны, был тяжело ранен на Ленинградском фронте, умер в 1994 году, а мама, Крымова Фаина Афанасьевна, всю войну проработала на двух работах: с утра бухгалтером в конторе, а с вечера и до ночи таскала в цехе тяжелейшие носилки, всякие грузы. Сейчас ей 87 лет.

По больницам мама ходить не любит, последний раз была в поликлинике в 2001 году, когда сломала руку. Ее медицинская карточка хранилась дома.

В конце марта — начале апреля из 5-й поликлиники позвонили и сказали, что к 60-летию Победы для ветеранов войны будет организовано комплексное медицинское обследование, и для этого карточку надо отдать в поликлинику. Надо так надо. Зашла медсестра, взяла карточку, и звонков больше не было.

У мамы давнее заболевание — катаракта, в последние полгода-год стало хуже со зрением, а также со слухом, и я уговорила маму пойти к врачам. Позвонила в регистратуру и попросила найти карточку, чтобы нам не пришлось потом долго ждать, а то мама старенькая, ей будет тяжело. Ответили в регистратуре очень приветливо:

— Карточка у врача, но вы не беспокойтесь, мы возьмем ее, она будет в регистратуре, мы проводим вас к медсестре, и она проведет по всем кабинетам.

Я порадовала маму:

— Вот видишь, как о вас заботятся! Даже в очереди не надо стоять, медсестра сама проведет по всем кабинетам!

22 апреля мы пошли в поликлинику. Карточка действительно оказалась в регистратуре. Нас отвели к медсестре, регистратор передала ей карточку, а дальше началось интересное. Медсестра посмотрела карточку и резко заявила:

— Да вы же уже все прошли, вот тут написано: и ЛОР, и глазной...

Я не поверила своим глазам: в карточке написано, что Крымова Фаина Афанасьевна была у невропатолога 14 марта 2005 года (а ведь последний раз она была в поликлинике 4 года назад!), у лорврача — 30 марта, окулиста — 5 апреля, и так далее. У одного написано, что «жалоб нет», у другого — что жалобы на головные боли, у третьего — что она здорова, а в конце подклеен листок «Диспансеризация» от 4 апреля 2005 года, а там и про артериальное давление, и про то, что при обследовании «живот мягкий», «тоны сердца ясные, правильные», «кожные покровы обычной окраски». И даже «диагноз» поставлен: «план лечения» написан, а первым делом ей рекомендована «диета № 10»!

Так вот для чего взяли медицинскую карточку! Не для того, чтобы действительно позаботиться о ветеранах, а для того, чтобы написать заведомую ложь о якобы проведенном КМО и благополучно отчитаться!

Ну хорошо, моя мама не одна, и ее все-таки посмотрели и окулист, и отоларинголог, но сколько у нас таких ветеранов, у кого нет никого и кому вот так же, наверное, написали в карточке про «мягкий живот» и «ясные тоны сердца», не глядя, не стыдясь, не думая, что, может быть, им действительно нужна помощь? А уж в таком-то возрасте конечно она нужна! Страшно, если у людей, которые писали заведомую ложь, были «ясные тоны сердца»...

Светлана Крымова,

г. Алматы