Фото Игоря Бургандинова

С каждым годом все тяжелее носить парадный костюм ветерану Великой Отечественной войны Шагиле Акимбаевне Кусановой. Но не оттого, что силы ее угасают и возраст дает о себе знать, — просто число медалей, несмотря на давность военных лет, из года в год растет.

Только этой осенью к уже имеющимся у нее двадцати девяти наградам добавились еще две — медаль к 60-летию победы под Сталинградом и полученная совсем недавно во время поездки в Украину — за участие в освобождении этой страны от немецко-фашистских захватчиков. Последняя особенно дорога сердцу Шагилы-апай, ведь именно там, в украинских степях, начиналась для нее война.

Тридцать ветеранов войны представляли нашу республику на торжествах, посвященных этой юбилейной дате. Между тем в далеких сороковых на Крымский фронт было отправлено более полумиллиона соотечественников. Потому так тепло и сердечно приветствовали киевляне своих фронтовых друзей из Казахстана.

— Мне было семнадцать, когда я впервые услышала о надвигающейся войне, — начала после долгих раздумий наша героиня. — К тому времени я уже заканчивала первый курс филологического факультета КазГУ и сдавала зачетную сессию.

По словам Шагилы Акимбаевны, сначала они откровенно смеялись в ответ на предупреждения о скором начале войны. Когда же поняли наконец, что на самом деле все гораздо серьезнее, беда уже захлестнула западные рубежи Советского Союза.

— Обратившись в комсомольскую организацию, мы, как и следовало ожидать, получили от ворот поворот, — рассказывает Шагила Кусанова. — Дескать, девушкам на фронте не место, и будет лучше, если они поедут на сельхозработы. Так мы оказались на уборке сена, которая, впрочем, охоту отправиться на передовую не отбила.

Вернувшись домой, девчата решили снова испытать судьбу. И на этот раз получили положительный ответ. Их записали на ускоренные курсы связистов-радистов в Ташкенте. Правда, после прохождения комиссионных проверок большая часть желающих отсеялась. Кто-то не прошел по состоянию здоровью, а кто-то из-за имеющихся родственных связей с врагами народа. В результате в Ташкент Шагила Акимбаевна поехала одна, без подруг...

По окончании курсов ее направили на Крымский фронт, где и состоялся первый бой бесстрашной девушки за освобождение города Керчи.

— Помню, встали мы рано утром и пошли в сторону врага, — рассказывает участница событий. — Долго шли, тяжело. Повсюду грязь, слякоть, а потом еще и дождь начал моросить, и туман хоть глаз выколи, ничего не видно. Шли, шли и пришли... прямо вплотную к вражеским дзотам. Только поняли это после того, как был открыт огонь.

Повсюду шум, грохот, стоны, одни ранены, другие убиты... Между окровавленными бойцами бегала юная Шагила, все пыталась им чем-то помочь.

— Не помню, что делала, помню только, как кто-то кричал мне: «Ложись, Шура, убьет!» — продолжает она. — И я легла. Прикрыла голову лопаточкой, которую сама себе смастерила до этого на всякий случай, и закрыла уши руками. Не знаю, сколько мы там пролежали. Когда все стихло, начали отступление. Многих потом недосчитались...

— А страшно вам было в первый раз идти в бой? — прерываю глубокое молчание.

— Конечно, — отвечает Шагила Акимбаевна. — Но не оттого, что в первый раз. Думаю, порядок тут роли не играет. Хоть в двадцать первый раз выходи на поле боя, а все так же страшно будет. Помнится, в Сталинградской битве столько страху натерпелись. А ведь это было уже в начале 1943 года! А когда Дон форсировали, Днепр, Волгу, Одер, Дунай, Вислу...

Бывало, вернешься к окопам и падаешь замертво. Как уснешь, так и проспишь до утра. А потом снова в бой. И так день за днем, все годы войны. И как только организм выдерживал? — вопрошает Шагила-апай и тут же отвечает: — Наверное, Всевышний сделал так, чтобы сильных духом никакая зараза, никакая болезнь не трогала. Но для меня лично не меньшую роль сыграло детдомовское воспитание.

В шесть лет Шагила Акимбаевна лишилась обоих родителей. Мать умерла при родах, а отец был расстрелян. Правда, об этом она узнала уже в конце 90-х. Зарабатывать на пропитание приходилось самостоятельно. Кому воду таскала, кому баурсаки пекла... Когда же начался голод и массовый падеж скота, люди помогать перестали.

— Тогда я стала ходить в горы, где рос горный лук, — рассказывает она. — На нем бульоны себе варила. Однако организм не выдержал, и я чуть не умерла от голода, но какой-то добрый человек меня подобрал и отправил в детский дом.

Там Шагила Кусанова воспитывалась до 14 лет. Затем стала подрабатывать техническим секретарем в одной из общеобразовательных школ. А во время летних каникул — пионервожатой в старших классах.

— Так я смогла скопить себе деньги на поездку в Алма-Ату для поступления в университет, — говорит она. — Поступив на казахское отделение филологического факультета, окружила себя многочисленными друзьями и подружками. И все было бы хорошо, если бы не война...

Продолжить учебу Шагила Кусанова смогла лишь в 1945-м, только уже на русском отделении исторического факультета. В 49-м получила диплом о высшем образовании, а в 52-м — удостоверение кандидата наук. С того момента и началась ее преподавательская деятельность в ведущем вузе страны. Тогда же Шагила Акимбаевна встретила свою любовь — ветерана Великой Отечественной войны Асылгазы Бекбаевича Бекбаева.

Немногим позже эта удивительная женщина смогла защитить докторскую диссертацию, после чего получила звание профессора. А сейчас у нее и Асылгазы Бекбаева трое детей и трое внуков. Оба продолжают активно заниматься общественной работой. А Шагила Акимбаевна до сих пор читает лекции по истории Казахстана, правда, теперь уже в Казахской национальной академии музыки, одновременно заведуя кафедрой социально-гуманитарных дисциплин. Несмотря на такую занятость и преклонный возраст, Шагила Кусанова, которой по воле судьбы надлежало пройти сквозь воду, огонь и медные трубы, по-прежнему пребывает в отличной форме.

Инеш БЕРЖАНОВА

г. Астана