Важнейший признак демократического государства
1599
Сагиндык ЖУРСИМБАЕВ, доктор юридических наук, профессор
В настоящее время верховенство закона является основным принципом национальных институтов во всем мире и признается международным сообществом как важнейший признак демократического правового государства. К сожалению, в процессе правоприменения заметно немало отступлений от данного принципа и проблем, связанных с упрощенными или неверными трактовками и оценками верховенства закона.
Серьезным препятствием на пути утверждения верховенства права являются издержки ведомственного и местного нормотворчества, которое зачастую противоречит закону и нередко лишает граждан тех прав, которые им предоставляются. Только в истекшем 2014 году прокурорами приняты меры по восстановлению конституционных прав около 414 тыс. граждан на труд и заработную плату, пенсии и пособия, жилье и охрану здоровья, образование и собственность. Отменено и изменено 15 932 незаконных правовых акта органов власти и управления.
Особого внимания в связи с этим заслуживает проблема соотношения закона и так называемой целесообразности. Обход закона под предлогом общественной «целесообразности» недопустим даже в том случае, когда тот или иной нормативно-правовой акт действительно плох или, например, устарел. В таком случае закон должен быть отменен или изменен уполномоченным на то государственным органом. Господство закона – неотъемлемый признак правового государства.
Но, к сожалению, на практике есть немало случаев, когда принцип верховенства права нарушается. Например, гражданин Б. более десяти лет назад, будучи еще несовершеннолетним, балуясь со своим товарищем в частной бильярдной, разбили витринное стекло. В отношении них возбудили уголовное дело за злостное хулиганство, а впоследствии прекратили за примирением сторон по нереабилитирующим основаниям. Необоснованность возбуждения данного уголовного дела теперь уже сложно доказать. О том, что Б. оказался в списке лиц, совершивших преступления, он узнал по истечении десяти лет, когда хотел устроиться на государственную службу и с него потребовали справку о несудимости. Справедливость решений, принятых по этому делу, оставим на совести органов уголовного преследования. Но из данного частного случая возникает большая проблема обеспечения верховенства закона, в частности конституционного принципа презумпции невиновности, согласно которому «лицо считается невиновным в совершении преступления, пока его виновность не будет признана вступившим в силу приговором суда».
Если так, то насколько правомерно считать судимыми всех тех, в отношении которых не состоялся приговор суда? А если полагаем виновными в совершении преступления всех лиц, в отношении которых прекратили или отказали в возбуждении дела по нереабилитирующим основаниям, тогда необходимо менять указанный принцип. Налицо коллизия правовых норм.
Кроме того, до недавнего времени органами правовой статистики выдавались сведения с учетом сроков погашения и снятия судимости. Теперь, с середины 2014 года, в справках стали указывать сведения о совершении лицом преступления независимо от погашения и снятия судимости. Смысл понятен: чтобы лица, ранее осужденные за преступления, независимо от погашения судимости, не оказались в сфере образования, воспитания и так далее. Но, может, в этом вопросе целесообразнее было бы подходить дифференцированно, предусмотрев новый порядок только в отношении лиц, совершивших преступления по отдельным категориям уголовных дел. Ведь значение института погашения и снятия судимости заключается в том, что прекращаются все ее социальные последствия для человека. С правовой точки зрения такое лицо считается не совершавшим преступления, что избавляет его от клейма на всю оставшуюся жизнь. Если так, то что должен писать в анкете кандидат на государственную должность или лицо, претендующее на депутатское кресло? Также следует конкретно определиться, за грехи какого родственника обязан расплачиваться гражданин.
Одним из основных элементов верховенства закона является справедливое судебное разбирательство. По данным Верховного суда, в истекшем году по уголовным делам осуждены 25 079 лиц, оправданы 478 лиц. Приговоры судов, как всегда, стабильны. Почти все судебные акты являются законными и обоснованными. Но возникает вопрос: а все ли они являются справедливыми? Правосудие – от фразы «судить по праву», то есть по справедливости, поэтому оно должно отвечать прежде всего требованиям справедливости.
Вне сомнения, Верховный суд, постоянно обобщая судебную практику и расширяя современные информационные технологии, принимает меры по обеспечению единообразного применения законов. Но, к сожалению, профессионализм отдельных судей оставляет желать лучшего. Поэтому в рамках предложенного Президентом Плана нации «100 шагов», одно из важнейших направлений которого – обеспечение верховенства права, напрашивается необходимость разработки более эффективного механизма, реально обеспечивающего отправления справедливого правосудия. В связи с этим автор призывает учесть международный опыт, в частности рассмотреть полезные моменты прецедентного права, веками применяемые в англо-американской правовой системе и используемые во многих странах. (Прецедент – случай или событие, имевшее место в прошлом и служащее примером или основанием для аналогичных действий в настоящем. Прецедентное право – это совокупность решений судов высших инстанций, подлежащих применению к аналогичным делам, которые впоследствии становятся источниками права.) Программа по модернизации судебной системы обязывает переосмыслить место и роль судебного прецедента.
И наконец, ратификация Казахстаном Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и возможность обращения наших граждан в Европейский суд по правам человека, несомненно, положительно повлияют на международный правовой имидж страны и, бесспорно, позволят реально обеспечить верховенство закона в стране. Считаю, что План нации «100 конкретных шагов» по реализации пяти институциональных реформ обязывает не только бороться с проблемами, но и устранять условия и причины их возникновения.
Серьезным препятствием на пути утверждения верховенства права являются издержки ведомственного и местного нормотворчества, которое зачастую противоречит закону и нередко лишает граждан тех прав, которые им предоставляются. Только в истекшем 2014 году прокурорами приняты меры по восстановлению конституционных прав около 414 тыс. граждан на труд и заработную плату, пенсии и пособия, жилье и охрану здоровья, образование и собственность. Отменено и изменено 15 932 незаконных правовых акта органов власти и управления.
Особого внимания в связи с этим заслуживает проблема соотношения закона и так называемой целесообразности. Обход закона под предлогом общественной «целесообразности» недопустим даже в том случае, когда тот или иной нормативно-правовой акт действительно плох или, например, устарел. В таком случае закон должен быть отменен или изменен уполномоченным на то государственным органом. Господство закона – неотъемлемый признак правового государства.
Но, к сожалению, на практике есть немало случаев, когда принцип верховенства права нарушается. Например, гражданин Б. более десяти лет назад, будучи еще несовершеннолетним, балуясь со своим товарищем в частной бильярдной, разбили витринное стекло. В отношении них возбудили уголовное дело за злостное хулиганство, а впоследствии прекратили за примирением сторон по нереабилитирующим основаниям. Необоснованность возбуждения данного уголовного дела теперь уже сложно доказать. О том, что Б. оказался в списке лиц, совершивших преступления, он узнал по истечении десяти лет, когда хотел устроиться на государственную службу и с него потребовали справку о несудимости. Справедливость решений, принятых по этому делу, оставим на совести органов уголовного преследования. Но из данного частного случая возникает большая проблема обеспечения верховенства закона, в частности конституционного принципа презумпции невиновности, согласно которому «лицо считается невиновным в совершении преступления, пока его виновность не будет признана вступившим в силу приговором суда».
Если так, то насколько правомерно считать судимыми всех тех, в отношении которых не состоялся приговор суда? А если полагаем виновными в совершении преступления всех лиц, в отношении которых прекратили или отказали в возбуждении дела по нереабилитирующим основаниям, тогда необходимо менять указанный принцип. Налицо коллизия правовых норм.
Кроме того, до недавнего времени органами правовой статистики выдавались сведения с учетом сроков погашения и снятия судимости. Теперь, с середины 2014 года, в справках стали указывать сведения о совершении лицом преступления независимо от погашения и снятия судимости. Смысл понятен: чтобы лица, ранее осужденные за преступления, независимо от погашения судимости, не оказались в сфере образования, воспитания и так далее. Но, может, в этом вопросе целесообразнее было бы подходить дифференцированно, предусмотрев новый порядок только в отношении лиц, совершивших преступления по отдельным категориям уголовных дел. Ведь значение института погашения и снятия судимости заключается в том, что прекращаются все ее социальные последствия для человека. С правовой точки зрения такое лицо считается не совершавшим преступления, что избавляет его от клейма на всю оставшуюся жизнь. Если так, то что должен писать в анкете кандидат на государственную должность или лицо, претендующее на депутатское кресло? Также следует конкретно определиться, за грехи какого родственника обязан расплачиваться гражданин.
Одним из основных элементов верховенства закона является справедливое судебное разбирательство. По данным Верховного суда, в истекшем году по уголовным делам осуждены 25 079 лиц, оправданы 478 лиц. Приговоры судов, как всегда, стабильны. Почти все судебные акты являются законными и обоснованными. Но возникает вопрос: а все ли они являются справедливыми? Правосудие – от фразы «судить по праву», то есть по справедливости, поэтому оно должно отвечать прежде всего требованиям справедливости.
Вне сомнения, Верховный суд, постоянно обобщая судебную практику и расширяя современные информационные технологии, принимает меры по обеспечению единообразного применения законов. Но, к сожалению, профессионализм отдельных судей оставляет желать лучшего. Поэтому в рамках предложенного Президентом Плана нации «100 шагов», одно из важнейших направлений которого – обеспечение верховенства права, напрашивается необходимость разработки более эффективного механизма, реально обеспечивающего отправления справедливого правосудия. В связи с этим автор призывает учесть международный опыт, в частности рассмотреть полезные моменты прецедентного права, веками применяемые в англо-американской правовой системе и используемые во многих странах. (Прецедент – случай или событие, имевшее место в прошлом и служащее примером или основанием для аналогичных действий в настоящем. Прецедентное право – это совокупность решений судов высших инстанций, подлежащих применению к аналогичным делам, которые впоследствии становятся источниками права.) Программа по модернизации судебной системы обязывает переосмыслить место и роль судебного прецедента.
И наконец, ратификация Казахстаном Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и возможность обращения наших граждан в Европейский суд по правам человека, несомненно, положительно повлияют на международный правовой имидж страны и, бесспорно, позволят реально обеспечить верховенство закона в стране. Считаю, что План нации «100 конкретных шагов» по реализации пяти институциональных реформ обязывает не только бороться с проблемами, но и устранять условия и причины их возникновения.
