​Праздник жизни

В честь 90-летия Канафии Тельжанова (1927–2013) в Музее искусств им. А. Кастеева открылась юбилейная выставка его произведений «Поэма о Родине». Он являлся первым профессиональным художником Казахстана, первым получив академическое образование за пределами страны, еще – первым директором Государственного музея искусств, когда музей в 1976 году переехал в свое нынешнее здание. Кандидат искусствоведения и куратор выставки Амир Джадайбаев добавил, что Тельжанов стал еще одним из первых среди казахстанских художников, чье произведение в начале 1950-х приобрела Третьяковская галерея в Москве.

– Канафия Тельжанов принадлежал к яркой плеяде художников, которые в начале 1950-х создавали новое искусство, – продолжил куратор. – Его творчество отличает яркость, порывистость, пафос, некий романтизм в цвете и сюжете. Что касается сюжета, то Тельжанов, как и все художники того времени, работал в стиле социалистического реализма, отражая действительность. Вместе с другими художниками он выезжал в колхозы, много путешествовал по стране, встречаясь с тружениками, деятелями культуры и героями труда. Его первые полотна как раз посвящены темам, которые доминировали в советском искусстве. Это освоение целины, строительство новых городов, промышленных заводов – все то новое, что входило в быт, культуру Казахстана.

На ретроспективной выставке Музей искусств представил из своей коллекции около 70 живописных и графических произведений, отражающих основные этапы творческого пути Канафии Тельжанова. Удивительные по эпическому размаху и мастерству воплощения они по праву стали частью «золотого фонда» национального изобразительного искусства. Это настоящие живописные поэмы, повествую­щие о жизни и истории казахского народа, рассказы о простых тружениках колхозов, рыбаках и рабочих, честно и самоотверженно исполняющих свой человеческий долг на благо и процветание родной страны. Среди них работа «Атамекен», которая в 1958-м экспонировалась на Декаде казахского искусства и литературы в Москве и занимала одно из ключевых мест в московской экспозиции.

Творчество Тельжанова современный зритель, конечно, воспринимает немного по-другому. Изменилось время, тем не менее, актуальность его произведений нисколько от этого не теряется. Работы и сегодня апеллируют к нашему сознанию тем, что национальный подтекст в них ярко выражен. А национальная тема вечно жива. Пример тому – триптих, посвященный рыбацкому поселку на южном побережье озера Балхаш. Сюда художник приезжал в творческую командировку.

– Он писал картины, как сам рассказывал, с натуры, – говорит Амир Джадайбаев. – Триптих интересен тем, что здесь художник соединил, казалось, несоединимое: грозные, бу­шующие волны и светлое, почти радостное настроение, торжество молодости.

Тельжанов был заворожен слиянием воды и пронизанного светом воздуха, вибрацией этих мощных стихий. Триптих, по сути, представляет не некий рассказ, а, скорее, моментальный слепок реальности, чувствований и переживаний людей, которые живут рядом с этим прекрасным озером. Такая манера художника как раз и помогает передать живую ритмику повседневности обычных жителей рыбацкого поселка, каждый день лицом к лицу встречающихся с природной стихией.

Художники советского времени искренне верили в высшие гуманистические ценности, заложенные в основу революции, но так и не реализованные. И искренне стремились к этим идеалам. Неудивительно, что полотна Тельжанова вдохновляют жить и творить, а выставка его работ представляет, по сути, праздник жизни. При этом назвать художника лакировщиком действительности нельзя. Масштабная картина, где на почти черном фоне изображен человек, только вернувшийся из сталинских лагерей, – тому подтверждение. Да, этот человек пережил многое. И здесь Тельжанов остается верным своей оптимистичной жизнелюбивой натуре: под грязными кирзовыми сапогами бывшего узника он изобразил цветные половицы. Пусть они маленькие и помятые, но они словно предвестники свободной жизни свободного человека.

Музей представил еще такую интересную работу: портрет Канафии Тельжанова кисти Лео­нида Леонтьева. Здесь художник изображен таким, каким он был в жизни, словно артист или дирижер, всегда готовый взмахнуть рукой, чтобы раздался мощный жизнеутверждающий марш жизни!