Астана 25 °С Алматы 24 °С
Свежий выпуск

​Попытка не пытка

Год назад в Министерстве внутренних дел состоялись первые общественные слушания с участием руководителей ведомства, экспертов и НПО. На обсуждение вынесен был вопрос о превенции пыток в уголовно-исполнительной системе, который на тот момент определенно требовал доработки. Что изменилось за это время – наш разговор с председателем Общественного совета по вопросам деятельности органов внутренних дел РК, директором НИИ Университета КазГЮУ, доктором юридических наук, профессором Маратом Когамовым.

– Марат Чекишевич, почему именно противодействие пыткам в УИС стало темой для обсуждения на Вашем первом общественном слушании в июле прошлого года?

– К этой теме совет обратился тогда не случайно. Согласно меж­дународным стандартам, все заключенные под стражей лица и осужденные рассматриваются в качестве уязвимой категории лиц, поскольку они существенно поражены в своих правах и свободах и находятся в условиях полной изоляции от общества. Вполне естественно, что здесь много законодательных обязанностей и правоограничений для осужденных всех категорий, исходя из порядка и условий исполнения конкретного вида наказания и иных мер уголовно-правового воздействия.

Вместе с тем места лишения свободы – не самая лучшая в психологическом смысле среда для эффективного исполнения уголовного наказания, сохранения человечес­кого достоинства лиц, совершивших уголовные правонарушения, защиты их от возможных пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания.

К сожалению, пока еще живучи определенная некомпетентность и факты коррупции среди тюремного персонала, переполненность мест лишения свободы и содержание под стражей до суда. Добавляют масла в огонь и ненадлежащие материально-бытовые условия пребывания подследственных и осужденных, отбывание наказания профессиональными преступниками наряду с обычными лицами, впервые совершившими уголовные правонарушения, циркулирование там законов, обычаев и традиций преступного мира, объективные опасения за личную безопасность во время отбывания наказания и другое. Все это в совокупности на психологическом уровне делает жизнеспособным тезис о том, что заключение под стражей до суда и отбывание наказания в такой среде следует расценивать как пытки непрерывного характера.

Именно этим объясняется выбор уголовно-исполнительной системы органов внутренних дел. Между прочим, на момент проведения общественных слушаний в этом сегменте системы органов внутренних дел было зафиксировано наименьшее количество уголовных дел о пытках в смысле уголовного права. Нам важно было разобраться в том, что сегодня следует сделать дополнительно в системе содержания под стражей и исполнения уголовных наказаний, чтобы исключить здесь возможные проявления пыток, жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания осужденных и содержащихся под стражей лиц. То есть защитить их, а также повысить эффективность борьбы с этим тяжким преступлением.

К слову, в ходе общественного слушания был подвергнут анализу и оценке большой объем информации из различных независимых источников, выслушаны мнения специалистов и экспертов по проблеме противодействия пыткам, что позволило разработать полноценный итоговый протокол. Его нужно рассматривать как еще один важный источник точной и правдивой информации касательно мер борьбы с пытками в системе содержания под стражей и исполнения уголовных наказаний.

В январе 2017 года на специальном заседании мы рассмотрели ход выполнения рекомендаций по этому вопросу и другим направлениям деятельности органов внутренних дел. То есть, приняв однажды решение, совет стабильно отслеживает исполнение рекомендаций. Это один из принципов нашей работы. К протоколу мы периодически возвращаемся и в ходе рассмотрения других актуальных вопросов конт­ролируемой нами деятельности органов внутренних дел и обязательно вернемся в начале 2018 года.

– Так что изменилось с тех пор? Есть ли сдвиги по этой проблеме?

– Безусловно, и довольно ощутимые. Прежде всего совет привнес свою лепту в повышение уровня защиты прав, свобод и законных интересов заключенных под стражей и осужденных лиц от возможных незаконных методов обращения с ними.

Кроме того, из всех форм общественного контроля мы выбрали именно общественные слушания в режиме видеосвязи с регионами. Это позволило обеспечить широкую аудиторию, а также высокий уровень открытости и прозрачности мероприятия для общественности и населения о результатах деятельности учреждений и органов, исполняющих наказание в части противодействия пыткам.

Наше общественное слушание пополнило арсенал методов в нацио­нальной правовой системе против пыток, жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания заключенных под стражу и осужденных лиц.

Реальность такова, что тема противодействия пыткам в сфере уголовного процесса и исполнения наказаний в последние годы стала трендом и даже брендом в работе многих государственных и неправительственных организаций. Особо хочу выделить усилия в этом направлении руководства МВД, Комитета уголовно-исполнительной системы МВД, Генеральной прокуратуры, уполномоченного по правам человека, уполномоченного по правам ребенка.

Много делается для предотвращения пыток национальными неправительственными организация­ми, в том числе общественными наблюдательными комиссиями в областях. Также хорошо зарекомендовал себя так называемый национальный превентивный механизм против пыток в закрытых учреждениях страны, координи­руемый уполномоченным по правам человека. Заслуживает уважения и внимания постоянная и последовательная политика неприятия пыток, реализуемая в Казахстане представительством Международной тюремной реформы в Центральной Азии, офисами ПРООН, ОБСЕ и ЮНИСЕФ в Казахстане и многими другими международными правозащитными организациями.

Поэтому можно однозначно зая­вить, что в уголовно-исполнительной системе нет почвы для системных пыток. Надо быть крайне безответственным и безнравственным человеком и должностным лицом, чтобы использовать пытки как средство оказания давления на человека в ходе досудебного расследования, содержания под стражей либо исполнения наказаний.

Последовательно меняется не только деятельность специальных и исправительных учреждений, но и взгляды сотрудников на процессы досудебного содержания под стражей и исполнения наказаний. Это невозможно отрицать, как и прогресс в этом направлении, о чем свидетельствует статистика: в 2017 г. по фактам пыток здесь зарегистрировано только одно уголовное дело.

Таким образом, в Казахстане сложился и действует самый настоящий фронт борьбы с пытками: от пропаганды, обучения противодействию до методов выявления и, собственно, методики расследования таких уголовных дел.

– Над чем в таком случае обществу и государству следует поработать дополнительно? Можете ли Вы выделить концептуальные проблемы в этой области?

– Противодействие пыткам – тема, требующая постоянного внимания общества и государства, поскольку не все вопросы здесь глубоко проработаны и правильно решены. Поэтому в политическом, правовом, институциональном смыс­лах, в рамках взятых Казахстаном международных обязательств в области защиты прав человека, необходимо продолжить выполнение всех требований ратифицированной нами Конвенции ООН против пыток. Речь идет, в частности, о ратификации органически связанных с Конвенцией стандартных правил ООН по обращению с заключенными под стражу, осужденными лицами как к мерам наказания связанным, так и не связанным с лишением свободы (Правила Нельсона Манделы), Токийских правил 1990 года, Бангкокских правил 2010 года (касаются женщин-правонарушителей), Пекинских правил 1985 года (о несовершеннолетних правонарушителях). Подразумеваются также создание эффективного механизма по выявлению, раскрытию и расследованию фактов пыток, полноценное признание уголовным правом страны любых актов пыток исключительно тяжким преступлением. Это важно с точки зрения превенции этих преступлений.

К примеру, международные стандартные правила обращения с заключенными, независимо от ратификации, необходимо более активно доводить в разных формах до всех правоприменителей, подследственных и осужденных лиц, а также широко использовать их нормы при разработке подзаконных актов в правоохранительной системе. Все участники уголовного правосудия обязаны знать этические основы обращения с правонарушителями: от момента их появления в этой сфере до их выхода из нее по основаниям, предусмотренным законами.

Если данные дела до суда главным образом доводят сегодня специальные прокуроры, то «карты им в руки». Увеличение штатов специальных прокуроров в центре и на местах, в городах и районах, на территориях которых расположены исправительные учреждения, на мой взгляд, только повысит оперативность, эффективность расследования обращений об актах пыток.

По-прежнему ратую за введение в УПК специальной главы, предусматривающей особенности расследования и судебного разбирательства уголовных дел о пытках, регламентирующей начало досудебного расследования, особенности проведения следственных действий и назначения судебно-медицинских, судебно-психологических, иных видов экспертиз, работу с вещественными доказательствами, жерт­вами и свидетелями пыток, обеспечение их личной безопасности, применение мер процессуального принуждения к подозреваемому в пытках лицу, а также специфику судебного следствия по этим делам.

Также считаю необходимым рег­ламентирование в уголовно-исполнительном кодексе специальной главы, посвященной обеспечению безопасности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих уголовное наказание в виде лишения свободы, при наличии подозрения о применении к ним пыток, включая незамедлительный доступ данных лиц к адвокату, участникам национального превентивного механизма, общественных наблюдательных комиссий, гарантированность, конфиденциальность подачи жалоб на акты пыток и другое.

Автор:
Беседовал Руслан Исаков
11:59 , 11 Августа 2017
0
149
Подписка

Читайте также

Оставить комментарий

Заглавные и строчные буквы считаются разными симоволами

Популярное